Хмурый город. Ненастье для Насти

 – Ванька с неприязнью посматривал на хлипкий мостик. – На машине, точняк, не проедем. Свалимся и утопнем, а пёхом – стрёмно как-то.

– Ничё, не стрёмно. – возразил подельнику нетерпеливый Пашка, которому уже мнились прелести темноглазой девчонки в яркой курточке. – Подумаешь, прогуляемся малёхо. Разомнёмся. Полезно даже. Говорят, – парень цыкнул, сплевывая горькую, после сигареты, слюну. – быстрая ходьба развивает половые органы. Гы-гы..

– У меня с этим всё в порядке. – Ванька натянул чёрную шапочку на лысую голову.

 – Всё давно развито. Ещё никто не жаловался.

Более высокий Павел, на лице которого так и застыла предвкушающая ухмылка, первым ступил на скрипучий мостик – и, ничего. Прошёл спокойно, в воду не рухнул, не заметил и сам, как на противоположном берегу оказался. Он пока не спешил натягивать шапку – ветер трепал рыжеватые лохмы, а водянисто-серые глаза смотрели на подельника с неприкрытой насмешкой.

– Долго ещё яйца мять собираешься? – хмыкнул он насмешливо, подтрунивая над нерешительностью брата.

 – Давай, Ванька, вечереет. Я по ночам по оврагам бегать не подряжался.

Иван нехотя зашагал вперёд – не смотря, на то, что идея пуститься в погоню за смуглянкой в яркой курточке, принадлежала ему, парня начали терзать смутные сомнения. Вот не нравились ему ни эта речка, ни овраг, ни подозрительно темнеющий, лесок, мимо которого они пронеслись с таким шиком. Но отставать от подельника он намерения не имел и, сунув руки в карманы, сохраняя независимый вид, потрусил по мостику, стараясь не заострять своего внимания на тёмных водах неширокой речушки.

Под мостом что-то шумно возилось, дышало и ёрзало. Ваньке стало страшно. Но не признаваться же в том зубоскалу Пашке? Засмеёт, урод конопатый!

Самому Ивану от щедрот природы при рождении перепало мало – и, если братан Пашка лицом уродился в мать, рослую, грудастую тётку с роскошными рыжими волосами на которые и купился сиделец Пузило, то сам Ванька больше походил на отца – тощий, чернявый, с широким проёмом посреди передних средних верхних зубов.

Зубы во рту торчали крупные, вызывающе выступали вперёд, от чего и заимел Ванька непритязательную кликуху «Крол». Кличка ему не нравилась и всякому, обозвавшему таковским именем Ивана, грозили неприятности, потому как, махать кулаками парень любил и не боялся, зная о том, что за спиной всегда маячит, куда более крупная, фигура сродного брата.

Шли молча. Овраг пробежали рысью, пугливо озираясь по сторонам.