Хмурый город. Ненастье для Насти

И девушка не стала манерничать, да отказываться.

Каша оказалась выше всяких похвал, куда там гречневой крупе, простым кипятком запаренной. Хоть и утверждала Настина бабушка, Жанна Аркадьевна, что запаренная гречка – самая полезная и вкусная, но девушке больше понравилась приготовленная по-гадюкински, как бы странно это не звучало.

Кот Василий, продолжая умываться сразу двумя лапами, вольготно расположился на широкой лежанке, предназначенной для приятного кошачьего времяпровождения. Лежанка больше походила на плетенную из лозы детскую люльку, да и матрасик в ней имелся, полосатый и стеганный.

Обычно Настя, девушка городская и осторожная, с посторонними бабульками в личные беседы пускаться не спешила. Оно ж, как получается? Расскажешь одно, а на деле все по- иному выйдет – перекроят, переиначат, переврут на свой лад, да наизнанку и вывернут.

Но здесь, в теплой избе, стылым вечером октября, под размеренное и такое уютное мурчание кота Васьки, да под вкусный чай с вареньем, Настя как-то незаметно размякла и поведала Степаниде Савишне о своем скучном житье-бытье, о работе, о серых буднях и неладах с родными людьми, да о том, что все её замуж выдать норовят.

Ей же, Насте, вот ни разу, замуж не хочется. Что она там забыла – готовку, да постирушки? Хочется ей чего-то ясного, интересного и необычного.

Степанида Савишна выслушала девушку внимательно, ни разу не перебила. Рукой, вон, подбородок подпёрла, да и слушала. Даже кика у неё на голове к разговору прислушивалась – во всяком случае, Насте так показалось.

– Молодая ты, нетерпеливая. – вздохнула Степанида Савишна. – Спешите вы жить, торопитесь. Ишь, приключения ей подавай! – глаза старухи азартно сверкнули. – Хорошая ты девушка, Анастася – отзывчивая, добрая, не жадная. Вона, сколько гостинцев мне, старухе незнакомой, навезла, а вот Соловей не догадался, хоть и внук мне родный.

– Кто, внук? – переспросила Настя, жуя баранку.

– Да, Соловей же. – кивнула головой Степанида Савишна. – Разбойник он! Ох и разбойник! Раз в год про старуху вспоминает, деньгами откупается. Нет бы, приехать, да проведать бабку старую. Трудно мне одной управляться стало, с хозяйством-то. Помощник нужон. Вот, думала, ты сгодишься, ан – нет. Не про тебя ноша сия. Ладно, думать стану.