Хмурый город. Ненастье для Насти

 – промямлила Настя и только после этого сообразила, что разговаривает с котом. С котом!! Разговаривает!! Как, с человеком!

Но, в тоже время, кот же не может жить сам по себе? Да ещё такой упитанный, холёный. На мышах-полёвках так не раздобреешь.

– Хотя, вопрос спорный – Настя оценивающе взглянула на необыкновенно крупный экземпляр кота обыкновенного, дворового – такой котик и зайца изловит, да и козлёнка, пожалуй, задавит без труда. Наверное, у него в роду мей-куны отметились, особо породистые.

– Васька, негодник.

 – ворчливый старческий голос прозвучал из-за полуоткрытой двери – Кого там леший привёл? Всю избу выстудишь, обормот!

– Вы позволите? – Настя вновь обратилась к коту и тот, к её удивлению, посторонился, освобождая проход, да ещё и мордой в ногу подтолкнул – мол, иди, давай, чего застыла, рохля? Не слышишь, что ли – изба простудиться может!

Настя, неловко потоптавшись у входа, стряхнув пыль с кроссовок, вытерла ноги о домотканый половичок и опасливо переступила через порожек.

– Добрый вечер.

 – морщась от яркого света, неизвестно с кем поздоровалась девушка.

Ой, оказывается на улице темно совсем, то-то она жмурится, попав из темноты, да на свет. Как день пролетел быстро – уму непостижимо. Хорошо ещё, если эта бабулька Настю ночевать оставит, а то, блуждать ей до утра по окрестностям гадюкинским, потому как в темноте она из этих лесов ни в жизнь не выберется.

Вот и сама Мохнорылкина. Наверно.

Удивлённая до изумления Настя, во все глаза смотрела на седовласую, высокую старуху, носастую, глазастую, одетую в тёмное, длинное до полу, платье, душегрейку на меху и полосатые носочки, выглядывающие из-под того самого платья.

На голове старухи красовалось какое-то сооружение – то ли шапка, то ли платок, повязанный особым образом. Сооружение показалось Насте очень необычным – во всяком случае, Настя никогда и ни на ком ничего подобного не наблюдала.

– Кика это. – любезно пояснила старуха, заметив, что незнакомая девушка пялится на её голову и замолчала, а Настя, наоборот, отмерла.

Ей стало стыдно – вломилась в чужой дом, пожилую хозяйку напугала, а теперь, стоит и молчит, точно мумия.

– Добрый вечер. – повторилась Настя, слегка покраснев щеками. – Я разыскиваю гражданку Мохнорылкину Степаниду Савишну. У меня, вот, для нее ведомость имеется срочная. – и Настя продемонстрировала высокой пенсионерке, скорей всего, дочери той самой Степаниды Савишны, прозрачный файл с ведомостью на пятьсот рублей материальной помощи.