Однажды в Одессе

Вадим и Света откровенно скучали в горячей комнате. Искра не пробежала между ними, они не торопились слиться в экстазе под неприличный скрип расшатанной кровати. Но, в прочем, дело не в искре, а дело в том, что Света горячо любила своего Мишу, Мишеньку, Мишеля, а значит ее душа и тело были недоступны для других мужчин.

Взгляды невлюбленной пары раздраженно скользили по двум внезапно влюбленным, нашедшим приятное занятие на ближайший день. Ни на что более серьезное курортный романчик даже и не претендовал.

– Жарко в квартире сидеть.

Может, прогуляемся по набережной? – ядовито предложила Света.

Ее поддержал не менее желчный Вадик:

– Хорошее предложение. Я только – за.

Александр поморщился от бестактности друзей – симпатия была очень хрупкой, её надо беречь, его нельзя ломать так сразу. Надо было беречь нарастающее возбуждение, которое горячей волной перекатывалось от женского тела к мужскому и скапливалось в одной точке. В какой-то момент Александр не выдержал очередной накатившей волны и демонстративно повёл девушку в родительскую опочивальню, щекоча ей ушко, шею, и ни на секунду не выпуская из цепких лап сиюминутного желания.

Первую минуту мужчина и женщина жадно смотрели в лицо друг другу и метали эротические молнии. На второй минуте Александр взял Ольгу за плечи и начал медленно ее раздевать. Когда очередь дошла до трусиков – Ольга сама помогла ему избавиться от последнего кусочка ткани. В ярких лучах утреннего солнца обнаженное тело выглядело особенно бесстыдно, особенно зовуще, особенно возбуждающе.

Пухлые губы раскрылись в ожидании жадного поцелуя, зеленые глаза закрылись в ожидании близкого оргазма, загорелые ноги вздрогнули и распахнулись в ожидании глубокого проникновения… Губы мужчины крепко впились в загорелую грудь, нашли соски…

Ольга металась по кровати, ее руки комкали простыню, когда мужские пальцы, нащупав ослепительную точку, нежно давили на нее, отпускали и давили вновь. Мужские пальцы погружались всё глубже. И всё глубже погружалась возбужденная женщина во что-то горячее, вязкое, безумно приятное.

Ольга потерялась во времени, в пространстве, когда чувствительная точка, подчинившись рукам мужчины, унесла ее куда-то к ослепительной звезде…

Через 10 минут из-за плотно закрытых дверей родительской опочивальни раздались звуки удовлетворённой женской плоти.

Вадим и Света понимающе переглянулись, хмыкнули и затосковали еще сильнее, каждый о своём: Вадим мечтал об абстрактном женском образе – доступном и сексапильном.