Под крылом доктора Фрейда

Может, прокатит.

– Ты женат? – спросил его главврач.

– Нет, – пожал плечами Дима.

– А что так? Развелся или еще не успел?

– Скорее не успел.

Старый Лев, прищурившись, снова стал листать его документы.

– А у меня дочка в восемнадцать выскочила, сын – в двадцать три. Уже теперь внуки – трое головорезов. И ведь одни парни!

У Преображенова была большая голова с копной седых волнистых волос, небольшие умные глаза, мягкие руки с толстыми пальцами. Диме представилось, как по вечерам он лежит с газетой на диване, а трое внучат, маленьких хищников, ползают по его большому животу, щекочут бока и дергают за седую гриву.

– Ну а в терапевты ты почему не пошел?

– Там тоже антибиотики.

– Ясно.

Если бы знал Старый Лев, что говорили про Диму в его прежней больнице! «Хирург божьей милостью», «золотые руки»… Почему, интересно, божья милость всегда так непостоянна?

Диме стало забавно наблюдать, как этот немолодой уже человек – Александр Борисович Преображенов – ищет какой-нибудь подвох. Знал бы он, насколько безразлична ему, Диме, эта психиатрия, да и любая другая специальность.

Да он и в институт-то пошел, только чтобы быть хирургом! Однако это все осталось там, в прошлой жизни, и здесь, вероятно, в расчет не бралось. К чему вспоминать, что все женщины отделения и все больные – и девушки, и старухи, замужние, незамужние и даже беременные, – все были от него без ума… Впрочем он на них внимания много не обращал. Все будто ждал кого-то.

– Значит, хочешь быть психиатром? – Внимательные глаза уставились на Диму, будто высматривали бегущую антилопу.

– Честно говоря, я не знаю, хочу или нет.

– Как так? Зачем тогда приехал? – Главный врач так удивился, что даже перестал курить.

Дима пожал плечами.

– Так вам же звонили насчет меня. Вы сказали, пусть приезжает. Поговорим. Я и приехал. Чтобы уже точно знать и потом ни о чем не жалеть.

– Что ж ты хочешь знать? – В глазах Преображенова засветился хитренький огонек.

– Ну, скорее всего, вы меня и сами на работу не возьмете.

– Чего же так сразу «не возьму»? Дай подумать. Документы у тебя очень хорошие. Да и мой приятель тебя хвалил. – Старый Лев посмотрел, отвернувшись, в окно и добавил: – Подумать только! Мы с ним вместе в институте учились. А уже тридцать лет прошло, как один день. А я и не заметил. – Он загасил в массивной пепельнице окурок и вдруг спохватился: – А у тебя и на табак аллергия?

– На табак нет.

– Это хорошо. Плохо, что ты психиатрию совсем не знаешь.