Хранительницы света. Дева и Волк

Так, кажется, сказала любимая мамина парикмахерша, к которой Алису притащили постричься со словами «Приведите ее в порядок, а то уже сил смотреть на эту бесконечную растрепушку нет». Алиса, в свою очередь, при первой возможности цвет изменила: добавила белые, сиреневые, серебристые пряди. Просто потому что ей не хотелось иметь ничего, чем могла бы так глупо гордиться ее мать. Цветовая конструкция на голове, конечно, уже потускнела и требовала обновления, а вот удовлетворение от ситуации осталось.

Алиса тупо уставилась на свое отражение и прокрутила в голове сон от начала до конца.

Нет, бессмыслица. Скорее всего, подсознание просто подшутило. Последние несколько месяцев были тяжелыми, и Алиса попросту устала. Вот и намешал воспаленный мозг, еще и вымотанный головной болью, в одну кучу ее волосы, домик, очень похожий на дом ее бабушки в пригороде и всяких других персонажей.

Но на всякий случай Алиса решила обратиться к проверенному собеседнику: интернету. Хотя бы узнать, что за имена такие, которых она никогда не встречала.

Это даже ее подсознание вряд ли могло придумать.

Деятельная мысль бегала по кругу в ее голове, пока Алиса наливала крепкий утренний кофе и включала ноутбук. Только в этот момент она заметила, что шторы опять плотно сомкнуты.

«Да что ж такое! Я что, ко всему вдобавок лунатить начала?! Вот маман бы обрадовалась. Действительно что-то выдающееся для ее ординарной дочери».

Широким движением она развела шторы, мельком оглядела улицу и судорожно закрыла их обратно.

«Нет, нет, нет.

Такого быть не может. Если только я не тронулась».

Алиса осторожно взглянула в щель между двумя полотнами. Ну, с ума она не сошла, это уже хорошая новость. А вот то, что у нее во дворе стояла вчерашняя черная псина, и теперь совершенно четко было видно, что ее глаза пылают красным, – новость так себе.

Первым порывом было сбежать из квартиры. Неважно куда, просто подальше от этого животного: собака внушала ей неприкрытый ужас. Вторым – позвонить матери или бабушке. Но Алиса тут же себя одернула.

Бабушку не хотелось беспокоить: Алиса ее слишком сильно любила и не хотела пугать.

Ну а матери… Наверное, живущая где-то внутри Алисы маленькая девочка, которой так сильно не хватало материнской любви, этого хотела. Но повзрослевшая Алиса так никогда бы не поступила.

Мысли о матери в момент вытеснили возникшую панику. Как всегда. Стоило только подумать о ней, все другие эмоции отступали на задний план. Вместо них приходила тупая ноющая боль.