Осторожно, женское фэнтези!

– Грайнвилль, ты веришь, что цель оправдывает средства?

– Зависит от того, что это за цель.

– Спасение мира, например.

– Тогда верю, – сказал он не раздумывая.

– И можно пойти на все что угодно? На подлость? Предательство? Убийство?

– Можно.

– А жить потом как?

– Можно не жить.

Да, логика. Нужно запомнить на будущее: никогда не обращаться за советом к эльфам.

– Ты спасла мир, Илси? – спросил он серьезно.

– Да. От еще одного боевого мага, – я попыталась свести разговор к шутке.

– Я уже знаю. Хорошее решение.

– Надеюсь.

– Думаю, ты не способна на убийство.

– Угу, – промычала я. – Поэтому и перевелась.

– Я не об этом. Об убийстве ради спасения мира. Ты не смогла бы.

«Что же тогда ты сделала?» – будто бы спрашивал он.

– Я давно хотела спросить: зачем эльфы учатся в академии? – если ему позволено без предупреждения менять тему, то и мне можно попробовать. – Ваша магия принципиально отличается от нашей, и я не думаю, что преподаватели-люди могут вас чему-то научить.

Мне вовсе не было это интересно. Не сейчас. В мыслях был Оливер. И Камилла. Вдруг она до сих пор в подвале?..

– Согласно седьмому пункту одиннадцатого параграфа мирного договора, заключенного между нашими народами в одна тысяча пятьдесят восьмом году, не достигшие возраста первой зрелости эльфы имеют право на обучение в учебных учреждениях Арлонского королевства наравне с людьми, – без запинки выдал длинноухий.

Не удивилась бы, если бы он полный текст договора процитировал, но это ровным счетом ничего не объясняло.

– Я не говорю, что вам нельзя тут учиться. Но зачем? И чему?

– Есть ряд общеобразовательных курсов. История, религиоведение, эстетические направления…

– Мистические существа?

– Почему ты спросила? – в напевном голосе почудились новые нотки: словно журчащий по камням ручеек зарокотал, наткнувшись на внезапную преграду.

– Я готовлю доклад о драконах. Думала, вдруг у тебя есть какие-то конспекты.

– Мы не изучаем драконов. Мы достаточно знаем о них.

На этом разговор заглох. Мы сидели рядом и молчали. Эльф задумался о чем-то. Я страдала и пыталась подсунуть грызшей меня совести кость в виде всеблагой глобальной цели. Совесть воротила от кости морду и, выпустив кошачьи коготки, скреблась по сердцу.

В конце концов я не выдержала.