Любовь по завещанию

Присутствовала чисто номинально. Её всегда поиски нового мужа интересовали куда больше, чем я. После третьего мужа я даже врезал замок в дверь своей комнаты, чтобы хоть как-то от всего этого отгородиться. А дед… он был надёжным. Он единственный, кто меня понимал. Когда мне стукнуло двенадцать я сказал ему, что просто сбегу из дома.

– Я бы забрал тебя, – сказал он мне. – Но она не позволит. И это неправильно. Знаешь, как мы поступим…

Мы нашли мне школу. Очень хорошую школу интернат с проживанием, очень дорогую, дед её оплатил.

И именно там я получил наконец и покой, и знания, и стабильность. К маме приезжал на выходные, к деду на каникулы. Я верил деду, всегда верил, и он верил, что у меня все получится. Но, блядь, завещание! Как он мог, как такая мысль ему вообще в голову пришла?

Без паники… я сумею с ней договориться. Ну, кто нас будет контролировать весь этот год? Никто, в том то и дело. Жить с Барби не придётся. Вряд-ли и она пришла в восторг от этой мысли.

– Я не пущу его в свою квартиру, – ответила она нотариусу на следующий день.

Сидит, покачивает тонкой ножкой, чую – боится. Её страх меня веселит, но легче от этого не становится. Я чувствую, что если дед уж до этого додумался, то впереди нас ждёт много ловушек.

– Я тоже от этой мыли не в восторге, – отозвался я.

Да и Барби упадет в обморок, поняв, что жить ей придётся в одной комнате с Вовчиком, его носками и банками от пива – ей всегда нравились смазливые парни. А вот Вовке, возможно, понравится эта идея.

– Всё под контролем, – улыбнулся розовощёкий нотариус.

 – У Ефима Петровича все предусмотрено, и жить следующий год вы будете в его квартире. Она большая и в отличном состоянии.

Я посмотрел на Барби. Она словно выключилась из нашего разговора. Нога на ногу, губы алые, чуть улыбается и смотрит в телефон. Не удержался, заглянув в экран одним глазом. Она… она кормит электронного котика. Твою мать! А потом повела его чистить зубы.

– А может есть другой путь? – шёпотом спросил я у нотариуса.

Тот с сожалением покачал головой.

– Думайте о деньгах, – посоветовал он. – Сумма очень приличная. А Анна Витальевна ну, очень хороша собой.

Я закатил глаза – и так знаю, что хороша. Легче от этого не становится. Барби услышала, что мы упомянули её имя в разговоре, оторвалась от игры на секунду, на нас посмотрела. Глаза серые, пушистые ресницы, алые губы, светлые пряди волос – мой личный оживший кошмар.

– Я первая выбираю комнату, – сказала она и улыбнулась премило.