Змеиный Зуб

 – И никто из них не добился своего.

– Но вы ведёте борьбу с людьми, которые многое понимают в змеях, а у вас даже нет ксакалы.

– Она как раз пала, защищая меня от одного из таких поползновений три года назад, – снисходительно улыбнулся герцог. – Я больше не вступаю в партии на их условиях. И разберусь с ними цивилизованно, без змей. Этим кредо я пользуюсь уже давно.

– Без… змей? – недоуменно переспросила Валь. «А как же тот аспид? Ты хочешь сказать, что твой змеятник совсем тебе не служит? Но кому он служит тогда?!»

Она отвела взгляд и уставилась в пыльный угол, заставив себя сказать твёрдое внутреннее «Пускай с этим разбираются следователи.

И другие мужчины. Я не должна ничего об этом знать, чтобы оно не коснулось моей семьи».

– Да, деточка. Я не святой, как твой отец, и поэтому много кто видит себя на Чешуйчатом троне вместо меня. Но я и не беззубый уж, и только лишь потому, что мне сейчас это всё так невовремя, я не берусь за этих гнид в полную силу. Теперь, видимо, придётся… а что поделать.

Он протяжно вздохнул под осуждающим взглядом племянницы. Она не хотела думать, что Беласк действительно такой чёрствый. С другой стороны, когда он был другим?

– А вообще, раз ты всё ж не такая воображала, как я думал, я тебе передам одно приглашение, которое не хотел озвучивать, – и он поманил её пальцем. Валь склонилась, и тихий певучий голос Беласка произнёс ей на ухо.

– Послезавтра «Рогатый уж» открывается. В нём, за столиком под лимонным деревом, тебя будет ждать твой старый знакомый.

Приходи обязательно. Часам к трём.

Валь посмотрела на него выразительным взглядом, и Беласк покивал:

– Не утруждай меня своими сомнениями, ладно? Да, это ужасно неприличное место, но ты придёшь. Пообещай.

Она с трудом могла догадаться, о ком речь, но уже чувствовала, что готова сказать лишь:

– Обещаю.

Когда она вернулась домой, праздник был уже окончен, Глен закрылся у себя, а Сепхинор флегматично листал похождения Легарна, сидя в гостиной. Впрочем, когда он понял, что мать дома, то выказал желание пойти раньше спать.

Озадаченная и одновременно подавленная Валь последовала его примеру. Правда, в двенадцатом часу ночи у неё пересохло горло, и она решила пройтись до кухни, в чём была. И увидела, что дверь в хозяйскую спальню приоткрыта, и из щели в коридор льётся свет свеч.

Её расшатанные нервы заставили её решить, что это может быть неспроста. Поэтому она подкралась, но с облегчением увидела супруга в добром здравии.