Мертвые кости, живая душа

Тебе нужна комната на ночь, поесть сейчас и утром, так, малышка?

– Так, – кивнула Мойра. – Спасибо.

Аршава потрепала ее по плечу.

– Сиди, отдыхай. За все будет три “табуретки”, я сейчас принесу тебе поесть. С едой все кажется не таким ужасным, я тебе точно говорю.

Она была права. Тепло, чувство безопасности, теплая и вкусная, простая еда с незнакомым привкусом сделали свое дело, и Мойре немного полегчало. Она выпила за покой и посмертие Святого Гаало, и, посомневавшись, можно ли пить за посмертие Альдо, если он вверил себя другим богам, решила осторожно выспросить.

– Госпожа Аршава, – позвала она проходившую мимо с подносом хозяйку. – А твои предки, случаем, не из страны А?

– Давно-давно в роду были, малышка. А что?

– У меня умер друг, он был такой же крови. Я хотела расспросить о том, какое там … небо. И посмертие.

– О, малышка, я-то в этом не разбираюсь. Я посвящена Святому Аршаво, – весело сказала она. – Но тебе повезло! Вон там, в углу, сидит Даэризеш, помощник посланника из А.

Пока Мойра крутила шеей, Аршава проскочила дальше, покачивая подносом, но ориентир она дала точный. Мужчина с красным капюшоном в самом деле скучал над бокалом вина и тарелкой с кем-то белым, нарезанным ломтиками, и он был, в самом деле, той же крови – и в нем она была сильной, яркой, очень заметной. Он выглядел чужеродным и загадочным, хоть и даже и вполовину не таким красивым, как Альдо.

Мойра, быстро дохлебав свою похлебку и рассовав хлеб по карманам на потом, взяла свою чашу с недопитым теплым и пряным вином, и пошла к его столу.

– Уважаемый Даэризеш, – поклонилась она ему в пояс, не очень уверенная, как к нему обращаться. – Позволь разделить с тобой стол! Я ищу … твоих знаний, – с трудом сообразила она, как и что говорить.

– О! Редко такое бывает, чтобы юная дева в этой стране сама говорить со мной желала, – обрадовался он и блеснул яркой улыбкой.

Мойра глуповато улыбнулась, села на краешек стула и отпила невесомый глоток из своей чаши.

– Каких же знаний ты ищешь?

– Я хочу спросить, – начала Мойра и смешалась, испугалась и растеряла все слова.

– Что-то такое важное, что даже страшно? – выгнул темную бровь Даэризеш.