Воровка Яхна из Багдада

– Моей матери нет до меня дела! Как только исполнилось восемнадцать, она самоустранилась! При чем здесь Фарида?!

– Вашу матушку зовут Антрисис! – запротестовали в ответ.

– Нет! Фарида, а отца – Саид! У меня четыре брата и три сестры! – я не сдержалась и повысила тон.

– Подожди, Анрис, – притормозил моего собеседника блондин. Кажется, он у них старший. –  Как вас зовут, леди? И откуда вы?

– Яхна из Багдада! – рассерженно выпалила я.

– Сколько вам лет? – последовал следующий спокойный вопрос.

– Двадцать три. – Нахмурившись, посмотрела на блондина.

– Вы что-то помните? Из последних событий?

Мысли побежали со скоростью света. Значит, если это не сон, я попала в какое-то тощее недоразумение? Мягко говоря, отвратительная новость! Навыков не осталось, далеко не убегу, а последнее, что помнила, – выстрел. Наверное, не стоит рассказывать им о своей профессии… Умерла и умерла.

– Меня убили, – произнесла без тени сомнения.

– Значит, наша девочка мертва, и нас казнят… – Они растерянно переглянулись.

– Так… Значит, до вас дошло, что я не она? Теперь, если покормите и расскажете, где я оказалась и почему вас казнят, буду благодарна.

Меня снова подхватили на руки. Не выдержав, уточнила у мужчины, несшего меня и на этот раз:

– Зачем ты таскаешь меня на руках?

– Вы босиком. Пораните ножки. – Он недовольно поджал губы.

– А ты нянька, что ли?

– Нянька, – кивнул мой собеседник, – с самого рождения рядом с вами.

– Ясно… – Ясно, что надо бежать – и быстрее!

Меня уложили на ткань, заботливо расстеленную на траве.

– Вы в мире змеелюдей Серпиесс, – с видом заучки начал вещать второй из пятерки.

– Так, стоп! Кто такие змеелюди? – Я настороженно замерла. Может, раса здесь играет такую же роль, как и национальность? Они змеелюди, как я арабка.

– Существа, имеющие вторую ипостась в виде змеи.

– И вы? А я? – Я озадаченно захлопала ресницами.

– И мы, и вы, – заулыбался парень.

– Покажете? – с нетерпением произнесла, облизнув испачканные пальцы и без стеснения разглядывая нянек.

– Леди не должна так делать! – возмутился один из них, вытирая мои лицо и руки влажным полотенцем. В ответ я только недовольно отмахнулась.

– Нам нельзя, мы же рабы.

Внимательно посмотрела на него, пытаясь понять, что же он имел в виду.