Чисто альпийское убийство, или Олигархи тоже смертны

– Мишань, подлец, здорово! – Толстячок бодренько подкатился к миллионеру. – Чего тут у вас происходит? – и тут же, не дожидаясь ответа: – Я так жрать хочу! Я ж только с самолета, вчера весь день бухали, а щас вот прям умираю от голода! Ты сам как?

И, опять же не дожидаясь ответа, он широким жестом смахнул со стульев часть никифоровских фей, уселся поближе к высоченному миллионеру и заорал на весь зал:

– Эй, гарсон, давай неси скорее! Побольше! И водочки не забудь!

Сметенные со своих мест никифоровские нимфы ничуть не обиделись, телепортировались на свободные места, к ним присоединилось облачко свежеприбывших девиц, все это броуновское движение тихонько забурлило, перемешалось и, как золотистая пудра, осело вокруг большого стола.

– А ты давно тут? Прикинь, мы давеча с мужиками самолет раскачивали, так эти твари до Москвы не долетели, посадили аэроплан где-то по дороге и чуть в каталажку нас не упекли! – толстячок говорил звонко, энергично размахивая руками и искренне возмущаясь.

Ха, презабавнейший тип!

– Саш, а разве можно самолет раскачать? – наклонившись к телохранителю, тихонько спросила Элка. – А ты этого типа знаешь?

Сашка тоже шепотом пояснил:

– Самолет раскачать можно. Для этого надо, чтобы толпа пьяных идиотов начала дружно бегать по салону справа налево. И обратно. Во всем мире за такие дела сажают в тюрьму, а эти, похоже, откупились. Благо денег у мужика полно – это злейший друг Никифорова, тоже миллионер и олигарх и тоже Мишаня – Михаил Кац.

– Это как это – «злейший друг»?

– Ну, примерно так же, как закадычный враг. Мишаня с Мишаней уже много лет знакомы, их бизнесы довольно часто пересекаются. Денег у мужиков примерно одинаково, оба не дураки выпить, насчет баб – сама видишь. Вот только Никифоров пашет как проклятый с пятнадцати лет и все свое богатство очень умной головой заработал, а Миша Кац жутко везучий и чутье у него потрясающее. Когда они порознь – у них прекрасные отношения, а вот когда их интересы сходятся… жуткое дело начинается.

Как гласил советский плакат: «В этой истории вывод такой – пьянству бой!»

А с другой стороны – если бы не наквасилась она вчера до зеленых зябликов, сидела бы сейчас тут с остальными, нервничала, мозг напрягала.