Втайне от мечты. Книга 1

 – А к Антиповой я сама домой лично схожу!

А мне до боли в сжатых кулаках хотелось присоединиться к Церберу.

*** ***

Анастасия Эдуардовна Мельник

Женщина сверила номер дома с тем, что был записан в блокноте. В этом старом спальном районе они все на одно лицо. Осталось найти нужный подъезд. И позвонить в квартиру под номером восемьдесят пять.

Настрой решительный. Она поговорит с родителями непутёвой ученицы, пусть научат её уважению к старшим, особенно к учителям. Что за мода, опускать профессию на самое дно? Где почёт и уважение? Такого отношения заслуженный учитель допустить не могла.

И пусть Антипова умная и талантливая девочка, этого она не могла отрицать, воспитательная беседа ещё никому не вредила.

Длинная трель звонка. Снова. Уже собиралась уходить, когда послышались тяжёлые глухие шаги. Открыла некрасивая женщина неопределённого возраста. Старый засаленный халат, немытые кроткие волосы, торчащие в разные стороны и лицо с выражением полного отречения от действительности.

Неожиданное и неприятное открытие.

– Чего тебе? – неприветливо поинтересовалась женщина, которая точно была матерью Антиповой, общие черты слишком узнаваемы. – Ничего покупать не буду. Денег не дам.

Предупредила.

– Здравствуйте, – вежливость и культуру общения никто не отменял, – меня зовут Анастасия Эдуардовна Мельник. Я учитель по алгебре и геометрии у вашей дочери Ирины Антиповой. Я могу пройти?

– Что эта натворила? – Спросила, подвигаясь в сторону и давая пройти. – Я уж ей!

Учительница оглядела коридор, в котором оказалась: просторно, высокие потолки, светлые обои в мелкий цветочек, не очень чисто.

– Не могли бы вы позвать Ирину? Поговорим все вместе. – Мельник вопросительно приподняла одну бровь.

– Ирка! – закричала та, что носила гордое звание матери. – Ирка! Иди сюда, кому сказано!

И женщина пнула со всей дури дверь в кладовку.

Строгий учитель математики потеряла дар речи: все ноги и руки, неприкрытые старым сатиновым платьицем, сияли багрово-синими свежими синяками. На лице растекалась гематома ничуть не меньше. Лицо учительницы вытянулось. Настолько худая, что впору подозревать худшее. В школьной форме этого незаметно.