Хаулинги

И вечной она тоже казаться перестанет.

Саша рассказал Насте без подробностей о том, как сходил на странное свидание, а потом оказался в переулке, словно в западне. Как чувствовал будто за ним кто-то гонится. Как его спас Кирилл. (– Тот парень с пистолетом. – Да, он.) Как рассказал Саше невероятную историю о монстрах, показал видео, и предложил стать частью команды. И как Саша категорически отказался от предложения, потому что это было странно и страшно. А потом…

В этом месте он умолк. И Настя поняла. Подошёл к тому моменту, где речь пойдёт о Тимуре.

– Его заманили, да? Якобы ты попал в аварию. – спросила Настя.

По лицу девушки потекли слёзы. Саша кивнул в ответ.

– Но как же… а кто же мне писал с его аккаунта сегодня ночью?

– Тебе писал монстр. Я видел его. В облике Тимки. Он был такой… натуральный и убедительный. Но мы знали, что это не Тимур. Почему-то он ничего не сделал с нашим сознанием – они умеют создавать иллюзии. Поэтому, убивать нужно быстро. Но этот ничего не предпринял, прежде чем мы его…

– Это когда я пришла? Перед моим приходом, да? – воскликнула Настя.

– Тише. Да. Не кричи, пожалуйста!

– Если бы я знала.

– И что?

– Хотя бы просто посмотреть на Тимура. В последний раз. – слёзы потекли просто градом.

– Это не Тимур, Настя. Это был не он!

– Выглядел как Тимур? – у неё даже глаза сверкнули.

Саша подтвердил. Да, выглядел как Тимур.

– Ну и вот. – печально сказала она.

Несколько минут они сидели молча. Вокруг ходили люди, гремели стулья, стучали об столы подносы.

Настя заговорила первой. Она взяла салфетку и тщательно вытерла слёзы.

– Я бы вряд ли поверила. Но Тимур пропал, и это факт. Кстати, его родители перестали отвечать на звонки.

Саша поднял голову. Родители Тимура жили в подмосковном Королёве. Не исключено, что тварь в теле Тимки побывала там. Благо, время у хаулинга было.

– Но кто же они? Кто эти монстры? Откуда? Что им нужно?

– Да ничего им особенного не нужно, Насть. Мы для них просто корм. Как мухи для лягушек, например. А вот откуда они – это большой вопрос. И чтобы получить на него ответ, нам нужно взять одного из них в плен. А у нас пока нет ни одной дельной мысли.