Проклятие жизни и любви. Книга третья

Сейчас мы преодолеваем разногласия и не общаемся уже несколько дней, но мне очень его не хватает. У нас долгая история, и все очень запутанно. Я не понимаю своих чувств к нему, но он дорог мне.

Макс подошел еще ближе и присел рядом со мной. Я хотела немного отодвинуться, но он не позволил, приобняв за талию и притянув к себе.

– А сейчас ты чувствуешь то же самое? – вновь спросил Макс, и его голос снова обрел нотки нежности.

Я знала точный ответ на этот вопрос, но не могла сказать правду. Не знаю, почему мне было тяжело и, даже можно сказать, неловко от того, что бушевало внутри меня.

– Нет, сейчас я чувствую лишь злость. Злость на себя за то, что согласилась пойти на эту вечеринку.

– Тогда мы бы не узнали друг друга. Я бы многое потерял.

Макс все еще прижимал меня одной рукой к себе. Я чувствовала его тепло.

– Чего ты хочешь, Макс? – резко спросила я, отклонившись от него.

Макс убрал руки и встал.

– Вики, ты какая-то особенная. Мне хочется узнать тебя получше, хочется сейчас остаться рядом.

– Прости, но это невозможно, – произнесла я довольно грубо. – Мы принадлежим разным мирам.

Я тут же замолчала, ведь и так ляпнула лишнее. Макс смотрел на меня, а я резко развернулась и стала уходить. Все внутри просило о том, чтобы он догнал меня, чтобы остановил, как тогда, у лифта. Но он развернулся в другую сторону и пошел туда, откуда мы недавно пришли.

Я ускорила шаг, перешла почти на вампирскую скорость, ведь улица была пуста, а мне было так трудно сдерживать свои эмоции и мысли.

– Вики? – послышался голос.

Я подняла голову, вытерла слезы, что беспросветно застилали глаза, и посмотрела вперед.

– Том?

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, быстро подойдя ближе.

Он снял свою длинную куртку и накинул мне на плечи. Но он не знал, что внутри меня все горит от злости.

– Я была на вечеринке, – ответила я, все еще продолжая вытирать назойливые слезы, которые не хотели останавливаться. – А что ты здесь делаешь? Как ты узнал, что я тут? Что-то случилось с родителями?

Я стала задавать слишком много вопросов. Том обнял меня и прижал к себе. Свет фонаря, что стоял неподалеку, падал на лицо гитариста, отражая его явное недоумение.

– Я пришел сюда, потому что ты меня позвала, Вики, – ответил Том.