Проклятие жизни и любви. Книга третья

Она все еще была привязана к кровати веревками, которые папа и Билл периодически подтягивали, так как мама, набравшись сил, сильно брыкалась. А защитное поле, не дававшее ей переместиться, сдерживало от побега. Порой она выкрикивала страшные слова, которые пугали меня до дрожи.

Я хотела, чтобы Леон вернулся в колледж, но он настоял на том, чтобы остаться. Он полагал, что без его поддержки мне станет хуже. И это было правдой. Да, со мной были отец и Том, Билл и тетя, но присутствие Леона было нечто другим. Только его слова по-настоящему заставляли меня поверить в лучшее.

Я заглянула в ту комнату, где лежала мама. Она не брыкалась, не кричала, просто смирно лежала на кровати, разглядывая потолок. В предыдущие дни я не осмеливалась войти к ней, но сейчас я перешагнула порог. Мама резко повернула голову в мою сторону, и мы встретились взглядами. По моей щеке потекла слеза.

– Вики? – спустя несколько секунд, вдруг произнесла мама.

– Ты узнала меня? – спросила я, не понимая своих чувств. Во мне боролось чувство радости с чувством растерянности.

Мама смотрела на меня тем взглядом, что когда-то был мне так дорог.

– Вики, подойди ближе, – проговорила она и попыталась протянуть ко мне руку, но тугая веревка не позволила ей этого сделать.

Мне стало жаль маму. Ее голод был суровым последствием смешивания разных сверхъестественных титулов. У меня было то же самое, но я родилась такой, в отличие от мамы.

Я понимала, что не могу освободить ее без позволения отца.

– Мама, как ты себя чувствуешь? – спросила я расстроенно.

– Вики, отвяжи меня, – вдруг проговорила мама.

– Я не могу…

– Вики, мне больно.

Я почувствовала, как подкатила волна слез, и первая из слезинок медленно покатилась по щеке. Будто под гипнозом, я наклонилась и дотронулась до тугих веревок на левой руке мамы и развязала их. После перешла на другую сторону. Мимо комнаты проходил Том. Увидев то, чем я занимаюсь, он воскликнул:

– Вики, нет! – он мигом оказался рядом и остановил меня.

Но не успел он закончить, как мама схватила его за руку, заставив замолчать. Она пристально смотрела Тому в глаза, не отводя взгляда. Вокруг них образовалась еле заметная прозрачная пелена. После чего Том вдруг сам стал развязывать маме вторую руку.

Я поняла, в чем дело: их связь, которая когда-то возникла по неизвестным причинам, но которую они успешно заблокировали, вдруг вновь возобновилась.