Чужая кожа

Это расписка в том, что вы не имеете к Виргу Сафину никаких претензий, и что согласны урегулировать возникший вопрос получением денежной компенсации.

– Что это значит?

– Вы подписываете все эти бумаги, получаете пятьдесят тысяч долларов на банковскую карту и билет на самолет в свой город. После этого сможете вернуться домой и забыть все произошедшее, как дурной сон. Мы все будем в расчете.

Я молчала и смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он не правильно истолковал мое молчание.

– Виргу Сафину не нужны проблемы, и он хочет уладить все полюбовно.

Он прекрасно понимает, что вы не привыкли к тому… ээээ, что произошло этой ночью. И он предлагает моральную компенсацию. Таким образом, он хочет, чтобы вы расстались полюбовно без взаимных претензий. И чтобы то, что произошло ночью, не было использовано против него. Видите ли, Вирг Сафин не обычный человек, и он не привык к обычным… э… отношениям. Вас это, возможно, шокировало, но получение денег будет служить залогом его доброго расположения к вам. Он хочет дать вам эти деньги, чтобы вы не держали на него зла.

– В обмен на что?

– Я уже сказал: на подпись о том, что вы не имеете никаких претензий, и еще на то, что вы уедете после получения денег. Уедете совсем. В любом случае вам придется подписать бумагу, что вы никаких претензий к Виргу не имеете.

Я замолчала, пытаясь прийти в себя. О сексуальных странностях Вирга Сафина я догадалась и так. И, видимо, Сафин посчитал, что я страшно этим возмущена и шокирована, но самое потрясающее мое открытие заключалось в том, что ни шокирована, ни возмущена я не была.

Почему? Я и сама не знала.

Адвокат, между тем, не успокаивался.

– Насколько я понимаю, было жесткое изнасилование, и вы можете требовать большую компенсацию. Так вот: Вирг Сафин готов дать вам деньги, оплатить обратную дорогу и сделать так, чтобы вы спокойно вернулись домой. Он предлагает вам хорошие деньги. Пятьдесят тысяч долларов – это хорошие деньги за одну страшную ночь. Подумайте. В любом случае вы оказываетесь в выигрыше.

Вам остается только взять деньги и поставить свою подпись.

– Я ничего подписывать не буду, не возьму никаких денег и не собираюсь уезжать отсюда, – четко отрезала я.

– Что?

– То, что слышал. Я не буду брать никаких денег. Я никогда не причиню Сафину никаких неприятностей, поэтому никакие бумаги подписывать не буду. Кроме того, не было никакого изнасилования. Все произошло по обоюдному согласию, и ничего страшного не было.