Наследник для монстра – 2

Ну, или для отца Яна. Логично ведь, что мужчина таким образом хотел показать, будто не испытывает ко мне совершенно никаких чувств! Мне до ломоты в костях хотелось верить, что это была своего рода защита, но как же сложно примириться со всем тем, что было выплеснуто на меня за какие-то короткие пять минут! Мужчина казался равнодушным и ранил прямо в сердце, пуская при этом кровь.

Я специально ничего не рассказывала Владу о моем разговоре с Яном, как бы он ни просил. У меня оставалось стойкое ощущение, что если промолчу, то ситуация разрешится сама по себе.

Наконец, появился Косой, поздоровался со всеми и уселся уже по традиции около меня. Внутри оставалось дурное предчувствие, из-за которого даже не притронулась к еде. Тем временем адвокат начал говорить:

– Что ж, на повестке дня есть несколько тем.

Он вдруг сосредоточил свой взгляд на мне и, кажется, сочувствующе улыбнулся? Я тяжело сглотнула, мне уже не нравилось начало, подумала, разговор совершенно не придется по душе.

– Анжелика, – Константин сделал небольшую паузу, а затем продолжил: – Мой клиент выразил довольно конкретное желание по поводу вас.

Мужчина открыл свой портфель и достал из него какую-то бумагу. Я вся тряслась в ожидании того, что будет дальше. Сердце забилось быстрее из-за легкой паники, но я сталась не накручивать себя раньше времени.

Адвокат отдал мне документ, в глаза мгновенно бросилось первое слово, выделенное жирным шрифтом: «Дарственная».

– Это дарственная на часть квартиры, которую мой клиент недавно приобрел. Теперь вы можете ею распоряжаться, как пожелаете. Она полностью ваша.

Коля выхватил из моих рук бумагу и бегло прошелся по ней глазами, словно не верил в происходящее. Влад также казался ошеломленным, я же замерла и не смогла выдавить из себя хоть слово. Что происходит? Я толком так и не успела отойти от шока, адвокат продолжил говорить:

– Это, во-первых.

– Его там что, головой об раковину приложили? – высказался Николай со скептицизмом.

Он отдал мне дарственную, я на автомате забрала бумажку и быстренько положила ее на стол. Казалось, она прожгла мне пальцы не хуже огня!

Эмоции душили горло плотной удавкой, а из глаз брызнули обжигающие слезы.