Свидание у озера Мичиган

Свидание у озера Мичиган

Сара М. Андерсон

Соблазн – Harlequin #327

В одну неделю Джинни Кауфман осталась без работы и без денег, но с ребенком своей покойной сестры на руках. Все, что ей оставалось, – это загадать желание на падающую звезду. Желания начали исполняться уже на следующий день.

Сара М. Андерсон

Свидание у озера Мичиган

Seduction on His Terms

© 2019 by Sarah M. Anderson

«Свидание у озера Мичиган»

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Глава 1

– Добрый вечер, доктор Уайетт, – сказала Джинни Кауфман.

Высокий темноволосый мужчина занял свое обычное место в самом конце барной стойки.

– Привет, – ответил он, как всегда, сдержанно, но сегодня Джинни уловила в его голосе какую-то нервозность.

Доктор Роберт Уайетт вообще был сдержанным человеком, что до некоторой степени объяснялось повышенным вниманием, которым он всегда был окружен. Его семья владела «Уайетт медикал индастриз», а сам он входил в пятерку самых желанных холостяков Чикаго, и вовсе не благодаря состоянию своей семьи.

Но небеса не ограничили список своих благодеяний красотой и богатством и сделали его еще и гениальным детским кардиохирургом.

Словом, этот человек был слишком хорош, чтобы быть настоящим, и Джинни терпеливо ждала, когда из-под безупречной оболочки выглянет его коварная сущность, ну или хоть какой-нибудь маленький изъян.

В баре «Трентон» хватало богатых и красивых завсегдатаев, которые при этом были, на взгляд Джинни, полными придурками.

Но про доктора Уайетта она такого сказать не могла.

Да, он был очень сдержанным, холодным, бесстрастным, раздражающе требовательным и маниакально педантичным, иногда резким. Но, насколько понимала Джинни, именно эти качества и сделали его гениальным хирургом.

Он приходил в бар пять раз в неделю ровно в восемь, садился на одно и то же место, одергивал манжеты рубашки так, чтобы они выглядывали из-под рукавов пиджака ровно на два сантиметра (он делал это до странности часто), и заказывал один и тот же коктейль.

Он всегда оставлял Джин-ни сто долларов, и всегда – двадцатидолларовыми купюрами, которые клал на стойку неправдоподобно ровной стопкой. Он никогда не заговаривал ни с кем из гостей или обслуги и никогда не откликался, если заговаривали с ним.

Прежде чем он успел одернуть свои манжеты, Джинни поставила перед ним коктейльную рюмку с «Манхэттеном».

Уже три года пять раз в неделю она делала для него этот коктейль.