Рыцарь в башне

От вас требуется только узнать, какие злодеяния совершали их родители. Кажется, это все по вашей части.

– Я сделаю все, что смогу. А сейчас мне пора.

Поцеловав ручку своей собеседницы и поклонившись ей, Министр ушел.

Теперь еще и это свалилось ему на голову! А ведь у него полно и собственных дел. Например, надо обдумать, как самому занять королевский трон. Столько лет он служил верой и правдой, а на деле с ним обращаются как с мальчиком на побегушках. Как с юнцом с легким пушком вместо усов. Как с мальчонкой в коротких штанишках.

Надо бы навестить своих питомиц. У него в подвале уже застоялась для них бочка крови. Много липкой и вязкой крови.

7

Слуги были недовольны с самого утра. Всем им досталось за то, что сегодня никто до сих пор не забрал на стирку очередную партию вещей.

Об этом Принцесса узнала только ближе к полудню – когда кухарка, отбиваясь от управляющего, кричала на весь замок, что стирка не входит в ее обязанности. Перебранка была не на жизнь, а насмерть. Словно упрямый бык, управляющий настаивал, что вещи все-таки должны быть постираны – несмотря ни на что и неважно кем. Кухарка предложила ему сделать это самому. Вскоре на ее защиту встала горничная, которая также сказала, что не собирается прикасаться к вещам, покуда есть Прачка.

– Нет, нет и нет! У нас самих полно работы! Откуда нам знать, где Прачка? Ищите ее у Рыцаря, – визжала горничная.

Управляющий, извергая ругательства, ушел. Служанки остались одни.

– Слышала от торговки каштанами, что песенка Прачки давно спета, – заговорщицки сообщила кухарка горничной, – она сказала, что ради нее Рыцарь оставил не только Прачку, но даже и нашу Принцессу. Жаль Принцессу. Хорошая она. Чего не скажешь об управляющем. Чтоб ему пусто было!

Никогда раньше Принцесса не видела этих двух женщин такими рассерженными.

– Вы ничего не хотите мне сказать? Вы что, испугали ее до полусмерти и теперь она боится выходить из дома? – спросила она труподетей.

Труподети мычали в ответ. Дракон смотрел, прищурив глаза.

– Мне кажется, они ее убили. Жестоко и хладнокровно, вот так, – сказал он и крепко сжал в лапе помидор.

Красная мякоть просочилась между пальцами.