Орхидея

Я была уверена уже потом, что кто-то тебе сообщил. Ведь информация приходит иногда от совершенно посторонних людей. Иного объяснения тому, что вы расстались у меня не было. Но это уже потом. А тогда подумала – поссорились, разбежались – с кем не бывает. Вопросов не задавала.

Алик молчал, только про имя сказал как-то мне наедине. Я всегда понимала, что он тебя очень любит, это так бросалось в глаза.

– Наверное, – Наташа задумчиво теребила фантик от конфеты. – Вот только я как-то…

– Да, помню, помню. То, что ты его не любила, тоже бросалось в глаза.

Ну, во всяком случае я это прекрасно понимала. Любовь себя проявляет ярко – взгляды, цветы, подарки, прикосновения, улыбки. А вот нелюбовь – она, на мой взгляд, просто кричит о себе. Молча кричит. Это из меня филолог полез, образование не пропьёшь, – добавила она, горько усмехнувшись.

А Наташа вдруг со стыдом подумала, что совершенно не имела понятия, где Рая училась, кем работала. Не было интересно? Не пришлось к слову? Да, собственно, и виделись они не часто.

А вот сейчас сидят и болтают, как лучшие подруги. Странная это штука – человеческие отношения.

– Женился он только через три года после вашего разрыва, – задумчиво продолжила Рая. – Ни с кем не встречался даже. А потом как-то внезапно и неожиданно для всех появилась эта Марина. Младше его на семь лет. Какой-то скомканный у них был конфетно- букетный период. Буквально через полгода уже расписались. И никаких свадеб. Алик не захотел. И через год с лишним родилась Натусик.

Солнечный наш ребёнок. У нас с ней необыкновенные отношения. Очень близкие. Она, как барометр – чуткая, в мгновение считывает твое настроение, эмоции. Иногда мне кажется, что и мысли.

В эту минуту девочка оставила раскраску и, аккуратно ступая и держа в вытянутых руках пустую тарелочку, подошла к столу.

– Съела яблочко? Умница! – похвалила Рая, обняв малышку за плечи. Та расцвела улыбкой, словно получив заряд от этого прикосновения.

– Было вкусно, спасибо большое, – это была явно заученная фраза, которую девочка произнесла очень правильным тоном, словно стоя на стульчике и рассказывая стихотворение Деду Морозу.

Ната вспомнила, как Алинка в два годика декламировала первые стихи – улыбаясь, чуть склонив на бок головку, с выражением, помогая себе руками.

– Иди порисуй ещё, – Рая заботливо поправила малышке волосы, неуловимо быстрым движением убрав на бок челку. – Потом нам покажешь.

– Потом покажу, – девочка вернулась к своему занятию.