Арабские сны

В центре зала стояла Зейнаб-калфа и, как всегда, недовольно покрикивала: «Быстро-быстро!»

Я наклонилась к Леркиному уху:

– Что это за деревянный кубок? Барабан?

– Да, томбак называется.

– Ты теперь эксперт по гаремным премудростям, – я слегка толкнула ее локтем в бок и улыбнулась.

– Да уж, – ответила мне подруга, – станешь тут экспертом, когда с утра до ночи какие-то занятия. Хуже, чем в школе. Там хоть перемены были.

Вместе с нами в комнате находились еще четыре девушки, отобранные хазнедар для вечера, – одна другой краше, в шелковых летящих шароварах, атласных топах с широкими шифоновыми рукавами, волосы длинные, глаза блестят, как у пьяных.

«Да уж, – подумала я, – конкуренция жесткая, прямо отбор на конкурс красоты».

– А эта здесь что забыла? – Зейнаб-калфа бросила на меня сердитый взгляд.

– Так Арзу-калфа приказала Зулейке помогать, – начала я оправдываться, виновато опустив голову.

– Ты ей танцевать будешь помогать, дурная твоя голова? Иди давай к своей госпоже, да не путайся под ногами! – ее тон был жесткий и категоричный.

«Ну все! – пронеслось в голове. – Плана «Б» нет, это провал». И тут Лерка подмигнула мне и резко переменилась в лице.

– Серьги забыла! – воскликнула она таким тоном, словно только что опоздала на последний поезд. – Зейнаб-калфа, я мигом – туда и обратно!

– Какие еще серьги? – та вскинула брови. – А мы тебя все ждать, что ли, будем?

– Хазнедар не велит без украшений танцевать. Говорит, что без украшений женщина падишаха – все равно что обычная простолюдинка.

Лерка поджала губки и смотрела на Зейнаб-калфу, как кот на Шрека, – жалобно, наивно, – ни дать ни взять – актриса!

– Хорошо, иди, – сжалилась наша надзирательница.

Лерка подмигнула мне и побежала к двери. Уже в самом проходе как бы ненароком зацепила мыском деревянный плинтус и распласталась на каменном полу коридора, охая и ахая.

– Вот же растяпа! И чего только земля тебя не держит! – запричитала калфа и бросилась поднимать мою подругу.

Я решила не упускать своего шанса и побежала следом.

– Вот как ты теперь танцевать будешь? – сетовала грозная наставница, качая головой и ощупывая Леркину лодыжку.

– Вывихнула, похоже, – чуть не плача ответила подруга, бросая на меня игривые взгляды.

– Зейнаб-калфа, ее в лазарет надо! Сильный вывих! – начала я подыгрывать Лерке.

– А кто танцевать вместо нее будет? – подняла она на меня свой орлиный взгляд.

– Я могу! – выпалила я, сжавшись в комок от волнения.