Гримуар. Сокол во тьме

– Ты ещё так юна, девочка, – наконец сказал он, когда мы шли длинным коридором из зелёных кустарников в самаэлевском саду. – Не бери близко к сердцу.

Я опустила глаза в землю. Было постоянно неловко. Волк шёл за нами, не отставая.

– Я вижу, что ты стесняешься, – откашлялся Альберт. – Давай тогда просто пройдёмся, помолчим, подумаем, помечтаем. Это же прекрасно мечтать, не так ли?

– О чём мечтать? – переспросила я. – Разве у нас есть мечты?

– М-да, ты права. По сути, мы служим одной мечте одного тенебриса, – усмехнулся он.

Когда я осмелилась поднять голову, заметила глубокие карие глаза. Одновременно таинственные и добродушные. Возможно, это добавило мне смелости.

– Но мечтать надо свои мечты, – добавил мужчина.

– Это как? – удивилась я.

– Просто никому не говорить о них. Мы все имеем право на внутренний мир и не обязаны следовать за чьей-то прихотью.

– Но разве у нас есть выбор? – тихо спросила я.

Альберт немного помолчал и добавил:

– Выбор есть всегда, дитё!

Я не могла понять его слов, особенно в нашей ситуации: мы были обязаны служить Самаэлю и следовать его указам, жить так, как он этого хотел.

– Я принадлежу ему, Альберт, и даже не могу представить жизнь по-другому, – приподнялась я на носочки, чтобы понюхать одну из свисающих роз.

– Это и есть твой выбор, – ответил задумчиво он.

Я вздохнула.

– Альберт, ты же знаешь все планы Самаэля? Я уверена, что знаешь. Что ожидает нас скоро? Война? – набравшись смелости, спросила я.

– Слишком много вопросов, – ухмыльнулся он. – Но и ты сама знаешь ответы.

– Но когда мы выйдем в бой?

– Не спеши так к смерти, ведь ты не знаешь, чем это может закончиться, – задумчиво ответил мужчина.

– Хм… если мы не пойдём без уверенности, мы проиграем. Тем более, я главный козырь в этой игре. Меня боится даже сам бог Уна! – гордо заявила я, остановившись, чтобы понюхать очередной цветок.

Альберт ничего не ответил. Мы продолжили шествовать среди зелёных кустарников, которые отражались багровым проблеском на фоне заката самаэлевского солнца.

– Скоро здесь будет совсем по-другому, – вдруг сказал Альберт, задумчиво. – Ты не боишься холода, девочка?

– Нет! – удивилась я. – А почему ты спрашиваешь?

– Она придёт.