Гримуар. Сокол во тьме

Где находится она, там всегда холодно, – ответил загадочно он. – Мы должны быть готовы ко всему.

Я, Альберт и верный волк ещё прогулялись некоторое время по саду. Иногда я не понимала слов главного полководца армии Самаэля, но этот мужчина определённо много знал. Тем не менее, несмотря на его таинственность, он внушал мне доверие. Рядом с ним я ощутила отцовскую заботу, которой я практически не помнила, ибо рано потеряла родителей.

Этой ночью я была одна, ощущая вселенское одиночество. Я практически не спала, и, чтобы хоть как-то заглушить беспокойные мысли, я читала книгу из заброшенной библиотеки.

Утром, встретив Самаэля в одном из длинных коридоров, я спросила, почему он не пришёл ко мне ночью, но не получила внятного ответа. Тенебрис поцеловал меня в лоб и куда-то поспешил. Смотря на его изящный силуэт, я видела, как отдаляется его фигура, а вместе с ним и моё счастье. Я закуталась в изящный розовый пеньюар, словно замерзла в тёплом краю, но ничего больше не сказала.

– Знакомься, милая, это Йорик! Он будет твоим сопровождающим, – сказал Самаэль, показывая на мужчину маленького роста с телосложением как у несформированного подростка. Но лицо его показывало абсолютную зрелость, и даже была видна чёрная густая щетина.

Я посмотрела на его лысую голову свысока и фыркнула.

– Кто? Этот карлик? – возразила я.

Лицо низкорослика исказилось в недовольстве.

– И ещё имя такое… – продолжала возмущаться я.

Самаэль сдержанно улыбнулся, выдержав паузу, и добавил:

– Он – тенебрис, а значит – один из нас.

– Но какой от него толк? – возразила я.

Йорик откашлялся.

– Ну, если вы не заметили, я здесь нахожусь, – добавил он. – Не нужно говорить обо мне так, словно меня здесь нет.

Но я не обратила внимания на него.

– И этот низкорослик будет моей защитой? Как я смогу противостоять сервусам, если вдруг они нас обнаружат? А если их будет много, я даже не смогу скрыться, потому что у меня нет способности передвигаться в пространстве.

– Ты же даже его не знаешь, ведьмочка моя. Не спеши делать выводы, – ответил Самаэль.

И хотя моему возмущению не было границ, я понимала, что если Самаэль принял решение, то я должна была ему подчиниться.