Мо Ир. Падение

Шуберт всегда восхищался внутренними качествами судьи, но сейчас, судя по опущенным плечам, что-то было не так. Судья сдался какому-то, с его точки зрения, неизбежному событию, и Шуберт глубоко это прочувствовал всем своим нутром.

– Шуберт, ты должен будешь покинуть сегодня пост, я хочу, чтобы ты не участвовал в этом собрании.

– Но, Господин, я приготовил все акты, даже речь…

– Никаких «но», мой милый друг, это приказ, так что будешь обязан его выполнить.

Шуберт знал, Йоган никогда не использует эту форму обращения, которую он называет «приказом».

– Да, Господин, – уважительно поклонился Шуберт. – Что прикажете делать с подготовленной документацией? – спросил он деловым тоном, но с великой долей заботы о Судье.

– Принеси мне сюда, – приказал Судья, – и ступай, только не иди домой. Прогуляйся куда-нибудь, отдохни этой ночью в другом месте.

Шуберт поклонился в знак почтения и, уходя, задумался.

Он и так понимал, что дела обстоят плохо… но Йоган решил оградить его даже от возможности убийства… Значит, именно поэтому Йоган его отсылает, чтобы спасти. Но Шуберт терзался: как он может оставить Судью Йогана в такой трудный момент?

Шуберт положил на стол папку с документами.

– Ступай, Шуберт, – попросил Йоган.

– Но, Господин, позвольте же мне остаться…

– Ступай! – сердито приказал Йоган, после чего умягчил свой дух. – Ты уже сделал очень много для меня.

Шуберт знал, что Йоган очень добр и что просто так он сердиться не будет. Но во гневе он видел судью… Сколь мягкий и ласковый характер, столь же жесткий и суровый гнев у его правителя…

– Да, Великий Судья, – ответил Шуберт, – я исполню вашу волю, пусть Ваше Сиятельство не тревожится более обо мне.

Йоган улыбнулся. Как же ему нравилась эта черта Шуберта, его глубокое уважение и внутренняя верность. Верность, прежде всего, своим ценностям, но об этом Шуберт не догадывался, ведь он объяснял это всего лишь послушанием и служением Великому Делу Империума.

И вот она, дверь, закрылась, и высокий молодой брюнет с черными, как уголь, глазами исчез. Быть может, навсегда…

Йоган переметнулся и взглянул на часы. Без двадцати рох четырнадцать ночи. Скоро, скоро всё произойдёт. «Главное, чтобы Шуберт ушёл», – успокоил себя судья. – А пока попрошу горячий кофе»:

– Милана, – спросил Йоган, нажав на другую кнопку.