Йокин в Париже

А теперь ещё отправляется в путешествие для плюшевых медведей (по секрету: с липовыми документами)! И ладно бы в Турцию или на Иссык-Куль, как все обычные алма-атинцы. Так нет же – по Европе!

Рыбчик – это серый плюшевый кот. Назван так потому, что продавался вместе с рыбой на веревочке. Рыба свисала с его шеи, как колье. Стояли на свете и такие времена, когда плюшевых котов не было в магазинах. Повальный дефицит! И Рыбчик оказался первым. Он очень деликатный. Появился в доме на день Святого Валентина. И если Ёки-Пуки – любимая игрушка сына Ёлочки, то Рыбчик – самый близкий и родной кот Ёлочкиной дочки.

Каковы хозяева, таковы питомцы. Похоже, Рыбчик родился воспитателем. Хотя он только подросток, но как внимательно следит за развитием шального Йокина! Отбирает лишние грибы. Заставляет мыться – хотя б изредка. Принуждает слушать музыку. Пришивает отвалившиеся конечности – а их много! «Заставляет», «принуждает», «отбирает» – неприятные глаголы. Но, если ты действительно любишь и чувствуешь свою ответственность, то будешь пользоваться и ими.

– До встречи в Париже! – помотал на прощание лапкой кот и залез в ящик для посылок, предназначенный лично ему.

– Пока! – пискнул Йокин, устраиваясь у себя.

– Сколько раз тебе говорить: не «пока», а «до свидания!» – донеслось бурчание из посылки побольше. «До свидания!» – чтобы потом ещё свидеться. Ты же хочешь со мной встретиться, а?

– Я – большая муха,

А ты велосипед!

Я маленький,

А ты – большой.

Уходи, пока я

Не икнул!

– пропищал в ответ Ёки-Пуки куплет любимой песенки, им же и сочиненной.

Котик вздохнул: чего возьмешь с этого грибоеда! Может, хоть в Европе обтешется.

А Йокин уже мирно дрых на своей подстилке.

Если про кого-то и можно сказать «летели», то не про Йокина с Рыбчиком. Они молча ворочались с боку на бок в своих уютных коробках и чесались со скуки. Летел только огромный самолет. И – время. Хотя именно для наших путешественников оно не летело, а ползло, как божья коровка после спячки.

В Амстердаме весь багаж, а значит, и кота с паучком, перегрузили на французский борт. Стало намного веселее. Дело в том, что французы шутят. Это нам хорошо – нужны обязательные шутки только на Первое апреля. А чтобы считаться французом, надо пошутить не менее 22 раз в день. Ежедневно, понимаете? А раз на раз не приходится! Капитан самолета спешил – уже смеркалось, а острот, розыгрышей и каламбуров сегодня набралась только дюжина.