Академия любви и ненависти

Твоя защита для обитателей чёрной башни – полная ерунда, – самоуверенно заявил этот гад.

– С чего это вдруг? – возмутилась я по привычке. Затем вспомнила про его десятый уровень и сникла. – Ладно, твоя взяла. У меня пока восьмёрочка – предел.

– Ты серьёзно? Восьмёрка? Уже? Кори, а если с даром? – спросил он тихо.

– Если тебе интересно, могу ли я ходить по чужим сокровищницам, включая драконьи с высшим уровнем защиты… – начала я, любуясь его удивлённым лицом. – То я не отвечу.

– Значит, можешь, – восхитился Роберт.

– Отпустят. Потрясу связями, если что. Да ими и трясти не нужно: Серена за меня горой, а ей отказа нет.

– Наслышан. Ты умеешь заводить связи.

Он запустил по телу очищающее заклинание с использованием воды, и я завороженно следила, как прозрачные капли стирают следы крови с гладкой загорелой кожи.

Чтобы отвлечься от необычного зрелища, занялась его рубашкой, однако от волнения и усталости немного перестаралась, и в какой-то момент очищающее заклинание усилило своё действие до неприличия.

– Тебе так понравился вид обнажённого мужчины, что ты решила уничтожить рубашку? – ехидно поинтересовался Роберт, оценивая тлеющую ткань в моих руках.

Я же с недоверием смотрела на посмевший подставить меня огонёк. Ну не зараза, а?

– Не так уж ты обнажён! – возмутилась, будто не я нахулиганила, а снова Роберт виноват.

– То есть тебе недостаточно? Серьёзно, Кори? Так соскучилась, что наглядеться не можешь?

О, узнаю эти ехидные нотки.

Состроила невинное личико, похлопала ресничками.

– Ночей не спала – так скучала! – заверила его нежным голоском.

Роберт расхохотался. Громко. От души.

Вплавленные в кожу накопители ловили свет от магических светильников и отражали его, привлекая внимание своим блеском. И я не могла оторвать от них взгляд.

А вместо вязи боевых рун у него морские волны и родные пейзажи. Ну надо же.

– С тобой не соскучишься. А теперь шутки в сторону. Иди сюда. – И Роберт похлопал по коленям.

– С ума сошёл?!

– Нет. Ты сейчас подойдёшь, сядешь ко мне на колени, и мы продолжим беседовать, – произнёс он спокойно и уверенно, так, словно у меня нет выбора.