Невеста-подкидыш

В Ноурсе не верят в сказки. Здесь живут люди более приземленного склада ума, зато с чуйкой. Где почуют золотые гроши, то там свое не упустят.

– Робин, детка, как ты хороша!

Передо мной нарисовался он, маэстро комплимента. Маленький, кругленький, с небольшой лысиной и с кучей веснушек на лице. Но такой душка и умница, что я расплылась в улыбке. Каждая похвала мистра Витоди – это бальзам. Тут главное его голос и его глаза, взирающие на тебя с такой искренностью, что поверишь чему угодно.

– Мистр Витоди!

– Гарольд, мы же договорились, – моя ладонь сама, без моего участия оказалась в его крепкой, мужской руке.

 – Я восхищен простотой и стилем твоего платья. Ты – фея Монтразийских лесов.

Ну, я же говорю! Он сказал – фея, значит, я фея. По крайней мере, ближайший час я буду твердо в этом уверена.

– Как прикажете, – не стала отнекиваться я.

– Тебя послал отец? Угадал? А могла бы и сама прийти, без его подсказки. У меня такие новинки, что ты, да с твоим умом, непременно оценишь, идем.

Кроме картин, в его галерее выставлялись работы Фрошера Грови – известного в королевстве стеклодува с чудесными фигурками и необычной посудой. Мои глаза вспыхнули в предвкушении, сердце застучало от восторга… Но, увидев ценники, увы, захотелось умыться слезами. Такие вещицы нам с отцом не по карману.

– Не расстраивайся. Главное, приходи ко мне почаще, и я найду тебе жениха с большими карманами, набитыми золотом.

– Гарольд, не хочу замуж, я хочу учиться.

– Знаю, – мистр Витоди перестал улыбаться.

Так сложилось, что однажды я ему рассказала о своих мечтах и отцовской воле на этот счет. – И все же подумай. Может, и правда, замуж? Ладно-ладно, понял.

– О, мистри Витоди, – в нашу сторону направились две дамы. Они едва заметно кивнули мне, так, как видели меня в лавке отца, и окружили хозяина галереи, оттеснив его от меня.

– Я пройдусь, – кивнула ему, решив не досаждать своим присутствием.

По галерее Гарольда можно ходить долго, если не боишься, что цены испортят настроение.

Публика прибывала, по залу разносился легкий шелест голосов, интерес к выставке был очевиден.

Я случайно бросила взгляд на большую входную дверь, и вдруг почувствовала непонятную мне тревогу. В зал вошел незнакомец. Высокий, в дорогом сюртуке и шляпе, на вид лет тридцати.

У него было крупные черты лица, возможно приятные, потому, что на него тут же обратили внимание дамы. Но не это главное. От него шла непонятная сила.