Нинель, или Роль зонтика в судьбе

Ее темные глаза пылали огнем, на щеках загорелся румянец, еще немного и из глаз брызнут слезы…

Ян Соколовский молча поднялся из-за стола и встал лицом к окну, повернувшись спиной к своей недавней пациентке. Евгения одним движением оказалась рядом и порывисто обняв его со спины, прижалась к Яну щекой, горячо прошептав: – Зачем спрашиваешь, когда ты все сам видишь и знаешь. Люблю безумно и на все для тебя готова прямо здесь и сейчас. Она начала целовать спину и плечи Яна, встав на цыпочки, дотянулась до его затылка, продолжая осыпать поцелуями шею, завитки волос.

Ян, так и не повернувшись к ней лицом, сказал:

– Евгения, возьмите себя в руки. Я – врач, а Вы – моя пациентка. Между нами ничего не может быть. —

Это было сказано таким решительным, ледяным тоном, что на минуту охладило пыл девушки и она отпрянула от него, а он, воспользовавшись этим, отошел от окна и налив ей воды в стакан, протянул со словами:

– Выпейте и успокойтесь. —

Соколовский сел и достав из ящика стола бланки, стал писать.

Поставив печать, протянул рецепт со словами:

– Это необходимо принимать. —

Затем открыл дверь в приемную и обратившись к девушке-ресепшн сказал: – Вызовите по телефону такси для пациентки. —

Приехав домой, Евгения заперлась у себя в комнате. Мать не решалась войти и побеспокоить ее, но сердцем почуяла: – С дочерью беда. – Она набрала номер мужа и он тут же примчался. Данилов позвонил Соколовскому, тот приехал и осмотрев девушку, оказал первую наркологическую помощь: поставил капельницу и сделал укол, чтобы поддержать ее сердце.

На немой вопрос отца ответил:

– Это редкий случай в моей практике. Она проспит не менее 12 часов, если проснется раньше, дайте ей эти таблетки, а утром я приеду. —

Ян оставил все необходимые лекарства на случай раннего пробуждения и уехал, а отец остался рядом с дочерью. Он просидел всю ночь в кресле, почти не смыкая глаз и лишь под утро сон ненадолго сморил его.

Евгения спала не просыпаясь, а утром приехал Соколовский. Когда Евгения открыла глаза, то увидев его, выдохнула: – Ян, любовь моя, не уходи! – Но под воздействием лекарств, снова впала в забытье.

Ее слова потрясли Данилова и он все понял своим отцовским сердцем: – Что ты сделал с ней! Заколдовал? – Данилов был готов набросится на Соколовского, но у того хватило выдержки и опыта остановить его одним взглядом.