Слишком много правды

Марина села, вопросительно посмотрела на Никиту. Перед ней сидел незнакомый мужчина. Суровый, нахмуренный, взгляд жесткий. Такого Никиту она не знала.

– Если ты планируешь у меня отсидеться, а потом броситься в объятия Леши – так не будет. Или навсегда оставайся, или сразу уезжай.

Марина растерялась. Ничего себе, как он развернул ситуацию. Называется, ребенка привезла первый раз за шесть лет. А если бы раньше привезла, сказал бы то же самое? Поставил ей ультиматум?

– То есть я могу остаться? – выделила слово «могу» Марина.

– Можешь, но навсегда, – кивнул Никита.

Марина задумалась. Да, она сама хотела остаться. Еще и рассуждала, предложит Никита или нет. А сейчас не понятно, что делать. Попросить время подумать? Взвесить все за и против? Один раз уже приняла ошибочное решение, когда ушла от Никиты. Может, просто устала? Нет, она сегодня ясно осознала, что уйти от Никиты было ошибкой, значит вернуться – это правильно. Как психологи говорят: «Из каждой ситуации есть выход, по крайней мере, там, где вход».

Вот только вход может разрушиться за столько лет.

– А как ты отнесешься, если я останусь?

В глазах Никиты промелькнула боль:

– Я шесть лет жду, когда ты вернешься.

Поняла, что Никита любит ее по-прежнему.

– Ты сможешь меня простить?

– Я Лешу во всем виню, да себя. Он задурил тебе голову, я отпустил так легко. А ты просто не разобралась.

– Теперь разобралась. Прости меня, Никита.

Марина почувствовала, что потекли слезы. Странно, не помнит, когда плакала в последний раз.

Показалось, что Никита своими словами сорвал стоп-кран, который сдерживал ее эмоции, делал сильной, позволял справляться со всеми трудностями. Не хочет больше трудностей.

Прямо с табуретки потянулась к Никите, уткнулась носом в его плечо, разрыдалась:

– Прости меня, пожалуйста, прости.

Никита неловко гладил ее по волосам, потом коснулся их губами, выдохнул и стиснул Марину двумя руками:

– Как же я без тебя соскучился.

Постепенно Марина успокоилась.

– Пойду, умоюсь.

Мало того, что джинсы и футболка старенькие, домашние, так еще и зареванная. Красавица, одним словом, – улыбнулась она, отстраняясь от Никиты.

– Ты же знаешь, для меня ты всегда красавица.

В ванной Марина долго рассматривала себя в зеркале. Ей всего тридцать пять лет, а превратилась в тетку. На работе еще как-то старается выглядеть стильно. Но это больше по привычке, а не потому, что хочется. А по выходным – старые джинсы, растянутая застиранная футболка.