Прелюдия для виолончели

Давно нет тети Зои, а подаренная ею «вещица» оказалась бесценным музыкальным инструментом с трехвековой историей.

– Сколько слушаю, не устаю удивляться, – подключился к разговору Евгений. – Кстати, на ней не было ни струн, ни грифа. Зато корпус сохранился полностью целым. Но ни один специалист не дал точного ответа, чей это инструмент. И нижняя дека такая редкая – сошлись на том, что это все-таки платан. А верхняя – здесь сомнений нет: ель, конечно же, северная итальянская ель. Вот стали даже называть ее «синьориной», раз она итальянка.

– Да, с тех пор жизнь моя закрутилась-завертелась, – продолжил Николай Петрович. – Что делать с инструментом, я не знал. Сначала поставил в комнате как украшение. Знакомые, увидев такой сувенир, наперебой выпрашивали его у меня. Но к музыке они никакого отношения не имели, а я не хотел отдавать подарок тети Зои для перепродажи. Потом, так полагаю, попытались виолончель украсть – больше брать точно было нечего. Уже и дверь почти открыли отмычкой, хорошо, что я домой вернулся за чем-то, спугнул проходимцев.

– Помню, помню! – весело отозвался Евгений. – У меня сольные концерты начались, а хороший инструмент не мог найти. Видимо, тогда я по молодости доверия никакого не вызывал. И вдруг вижу: человек незнакомый с большим бумажным пакетом в вестибюле стоит. Сразу понял, что виолончель, но даже представить не мог, какой у нее голос. Никто его и не слышал минимум полтора столетия.

– Вот и всё. Дальше реставрация, экспертиза, оформление документов, и я миллионер, – рассмеялся Николай Петрович. – Супруга моя узнала – только руками развела. Конечно, уже потребовались другие условия хранения, страховка – все как положено. Но тем более ни о какой продаже речи быть не могло, не все же в деньгах измеряется. Мы с Женькой за это время как родные стали, хотел ему «синьорину» просто подарить, да он ни в какую. Вот, предложил мне сменить профессию.

– Я там почти поселился, – подтвердил Евгений. – Сын сейчас окончательно перебрался в столицу, я один, так что вечернее чаепитие у соседей – уже традиция. А директора такого точно никогда не найти, поэтому мне безмерно повезло.

* * *

Вероника с огромным удивлением слушала эту историю, не забывая, впрочем, следить за трассой, которая вскоре вывела их на участок, открывающий все величие и красоту уральской природы.