Увратрая

– Она играет? – вопрошал Энгель и не дожидаясь ответа, манил рукой Лилу. – Она, – как в горячке отвечал он сам себе, и уже дружески трепал по плечу доверчиво прильнувшего к нему Лилу. – Пойдешь сейчас с графом, он расскажет тебе, что и как. Не волнуйся… Для меня нужно…

Наблюдая за суетливыми действиями сего похотливого мужа, Примиус впал в еще большее уныние. Вид человеческой похоти и жестокосердной ограниченности, а также того, с какой бесшабашной легкостью люди предают, обманывают, а порой и губят близких, ради удовлетворения своих сиюминутных пожеланий, вновь и вновь вызывало в нем чувство снисходительного отвращения и не любви.

Более сильного чувства позволить себе он не мог, так как и сам когда-то был человеком и, зная наперечет «грехи свои», должен был в нынешнем своем промежуточном статусе людям этим помогать. Но, получалось у Помощника, пока не складно. То ли опыта для таких дел ему не доставало, то ли эта самая «нелюбовь к людям», все-таки мешала отдаться со всей ответственностью и рвением к, возложенным на него обязанностям.

Между этими печальными размышлениями, граф Примиус, (как называл себя Помощник в этой конкретной истории), уже оставил Маргарет на растерзание горевшему в «любовном аду» Капитану Энгелю. И, направляя вялой рукой, непрестанно всхлипывающего юнгу, шел по круто взбирающейся вверх, вымощенной булыжником улице. Лилу не сопротивлялся, и лишь иногда, с неизбывной тоской и отчаянием во взгляде, оборачивался, видимо, пытаясь среди тысячи огней ночного порта, разглядеть одну коварную, но горячо любимую им предательницу – «Милую бестию», так легко и своенравно «выплюнувшую» его из своих уютных недр, и оставившую без дома, без смысла, без любви….

Через некоторое время путники остановились на пороге, большого каменного дома, укутанного быстро сгущающимся туманом. Постучали массивным чугунным кольцом, о почерневшие дверные доски. Прошли вглубь большой неряшливой мастерской, застав именитого художника за работой. Затем, отрешенно наблюдали за бурной реакцией мастера, просмотревшего акварельные работы Лилу, и оставшегося в полном восторге от «способностей отрока».

Они, в этом маленьком ночном путешествии, как бы являли собой единый страдающий организм. Прекрасный юноша, брошенный своим отцом любовником. И посланный быть ему Помощником, граф, который всеми силами старался, но так и не мог искренне посочувствовать юноше, уже предчувствуя, что добром эта история не кончится.