Увратрая

– Любой каприз! – залихватски отреагировал Энгель. – Весь мир к ее ногам!

– Да!? – с сомнением в голосе, перебил граф. – А, ведь у Маргарет уже есть к Вам просьба. Исполните?

– Конечно, исполню! Что за вопрос! – радостно бушевал Энгель. – Что нужно сделать, для моей богини? Говорите!

– Скорее, не для нее лично. А для одного юного дарования, – осторожно начал Примиус. – Мы, тут давеча беседовали, в моей каюте, после долгой разлуки. И ей, попалась на глаза папка с работами Вашего юнги. Маргарет, знаете ли, большой знаток в искусстве, восхитилась его рисунками и наказала мне выпросить у Вас разрешения отдать сего юношу в подмастерья к хорошему художнику.

Для развития таланта, так сказать. Но я огорчил племянницу сказав, что юноша этот Вам как-то особенно дорог, и Вы никак не захотите с ним разлучаться. На что моя дорогая Маргарет, очень расстроилась. И теперь, из-за сего великого огорчения и из каюты выходить не хочет. Не знаю что и делать теперь, право…

Граф обреченно развел руками и замолчал, переведя взор на драматично кровавый закат.

Просветы оранжевого неба вдруг привиделись ему буйными струями рыжих волос, а яркий полу диск солнца показался жалким ликом утопленницы, судорожно хватающим угасающий блик последнего вздоха.

Тяжкое предчувствие ворвалось в сознание графа.

– « Да я, ведь, гублю ее!» – пронеслось в его голове. – Гублю! И… что-то явно пошло не так».

Но, поразмышлять на тему неправильно запущенного «Колеса Судьбы» у Примиуса не получилось.

Так как с этого момента события стали развиваться стремительно.

Мощная не терпеливая сила вдруг приподняла его над землей и интенсивно встряхнула. Это был капитан Энгель.

– Да, слышите ли Вы меня, – в возбуждении восклицал он. – Я согласен! Забирайте юнгу в услужение к художнику. Может он и правда там больше сгодиться. Мне то на корабле от него и, правда, проку мало. Да и скажите прекрасной Маргарет, что он ни чем таким мне не дорог. Слухи все это… И если хотите, то сейчас же и забирайте его.

Вон он там, как всегда, за мотком каната прячется. А меня отведите скорее к ней… Я сам сообщу о том, что прихоть ее исполнена!

Обычно, угрюмый и немногословный Энгель, тараторил без умолку, неуклюже жестикулировал и глуповато улыбался. Он то, подталкивал графа к канатам, откуда опасливо выглядывал Лилу, то пристально вглядывался в проем приоткрытой двери каюты графа. Откуда лилась нежная мелодия, виртуозно исполняемая на лютне.