Увратрая

Улыбка обнажила неожиданно белые ровные зубы, на мгновенье осветив его лицо.

– « Ох! – мысленно восхитился этим преображением граф, – да, он просто неотразим! Понятно, почему капитан пользуется успехом у женщин!»

Между тем, взгляд капитана остановился на клочке бумаги в руке графа, и улыбка на его лице уступила место выражению злой и неприветливой иронии.

– Что это вы, граф, живописью интересуетесь… или самими живописцами, – еле сдерживая раздражение, спросил он.

– Ах, да! Это! – растерянно вертя в руке рисунок Лилу, промолвил граф.

– Что еще за большое будущее? – грубовато перебил графа капитан. – У кого? У этого замарашки?

Капитан снисходительно махнул рукой в сторону Лилу, и нарочито громко продолжил:

– Этот бездельник толком и делать то ничего не умеет. Совсем никчемный малый. Даже и не знаю, зачем держу его на корабле.

Матросы, на слова капитана отреагировали дружным, одобрительным гоготом.

– Да так ему бездельнику и надо!

– Лучше бы палубу помог драить!

– А то – ишь, художник, какой выискался!

– Целыми днями рисует! Живого места на корабле не осталось!

Парень, между тем, затравленно озирался. Он с щенячьей преданностью, пытался заглянуть в глаза капитана, силясь понять, шутит тот или нет.

– Напрасно, Вы так, капитан Энгель! – не обращая внимания на развеселившихся матросов, с вызовом в голосе произнес граф Примиус. – У Вашего юнги изрядный талант, знаете ли. Если он на корабле не нужен, так отдайте его в подмастерья к художнику. Там он будет к месту. И я Вам в этом деле помогу. Мой друг, великий мастер, художник, увидев работы этого юноши, с радостью возьмет его в ученики.

Капитан резко повернулся к графу и с холодным бешенством стал сверлить его взглядом.

– А зачем это Вам нужно, граф? – сквозь зубы процедил Энгель. – Мальчик приглянулся или что другое у Вас на уме?

– Нет! Ничего другого! – миролюбиво отозвался граф. – Просто знаю – талантам нужно помогать. А юнга, повторяю, талантливый малый.

– И откуда же Вам это понимать? – переходя на зловещий шепот, спросил капитан.