Алисия. Дочь демона

Зелье не оказалось противным, но и вкусным его не назовешь. Лучше подойдет определение – нейтральный. Вкус воды и чего-то такого родного. Я знаю, что это странно звучит. Но именно такое сравнение выдал мне мозг.

Мне удалось сделать еще несколько больших глотков, и остался всего один, когда входная дверь в дом разлетелась на щепки. Сартос влетел в комнату, напоминая ангела мщения, что на самом деле странно для парня с демонической кровью в венах. Его взгляд быстро нашел меня, и если я не ошибаюсь, то в нем проскользнуло удивление.

Я приоткрыла губы и сделала последний глоток. В этот момент, не пойми откуда, раздался раскат грома. Глаза Сартоса округлились, он схватится за грудь и упал на колени. Парень смотрел на меря таким взглядом, словно видел впервые. Его рот то открывался, то закрывался.

А вот я многое могла ему поведать и собралась это сделать, только сил у меня на это не осталось. Торжествующая улыбка сползла с моего лица. Голова закружилась. Руки онемели. Ноги подкосились. И темнота начала постепенно накрывать меня.

«Я умираю? Именно поэтому ведьмы не используют это заклинание? Я сглупила?» – проносились вопросы у меня в голове с бешеной скоростью, когда я чувствовала, что сознание постепенно покидает меня.

– Ты хоть представляешь, как это было опасно?! – заорал отец из кристалла связи, который предусмотрительно притащил с собой Сартос.

Кристалл – это единственная вещь, которая помогает общаться с другим измерением тем, кто не обладает магическими способностями. Естественно, он сделан при помощи магии. Через него я не только слышала, но и видела разгневанного папочку, который в любой момент может превратиться в ужасного монстра.

Даже не смотря на заклинание, последствий побега мне не удалось избежать. Не прошло и пяти минут моей отключки, как Сартос привел меня в чувства, вылив на меня галлон ледяной воды. Лааадно, здесь я сама виновата. Мое заклинание сработало отлично. И Сартос не смог до меня дотронуться. Между нами словно вырос невидимый барьер, который не позволил Сартосу прикоснуться ко мне.

Но то, как он поступил дальше – совсем гадко.