Её двойная тайна

Поэтому я стояла, смотрела на Белинского и не могла пошевелиться. Я не знала, как мне реагировать на его поведение, потому что прекрасно понимала, чего он от меня хочет.

А он, видя, в каком я состоянии, тут же подошёл ко мне и, не говоря ни слова начал меня целовать. Нежно, чувственно, чтобы не вспугнуть. При этом нежно обнимая и прижимая к себе.

Поцелуй и вернул меня в реальность и заставил очнуться ото сна. Пока Белинский не вошёл в кураж, я решила остановить этот театр абсурда.

– Не нужно, – я осторожно отстранилась он Белинского.

 – Пожалуйста, больше не нужно этого делать.

– Почему? – явно не понял он, потому что это вопрос читался во всем, во взгляде, в голосе. Этот вопрос витал в воздухе. Потому что Белинский был уверено в себе на все сто процентов и был уверен, что мне всё это должно понравится априори.

– Потому что я не собираюсь быть вашей очередной игрушкой, – объяснила я.

– Но…– попытался было возразить он, но я его остановила.

– Роман Аркадьевич, я прекрасно понимаю, что вам от меня нужно.

Вы богатый, успешный, красивый. И вы уверены, что нравитесь всем женщинам без исключения. И возможно, имея цель заполучить богатенького папика, я бы и повелась вот на всё это. Но у меня такой цели нет. Я не хочу пополнить список женщин, которым вы разбили сердце. Я не хочу смешивать работу и личные отношения. Я очень дорожу этим местом и не хочу его терять. Вы привыкли по жизни получать всё, чего захотите. Я привыкла по жизни бороться.

– Ты хоть понимаешь, что можешь получить всё, а можешь всё потерять?! – начал он меня запугивать.

– Если для того, чтобы остаться в вашей фирме, я должна лечь к вам в постель, значит, нам придётся расстаться, – решительно ответила я, хотя терять такое место, было бы очень и очень жаль.

– Да-а-а, – протянул генеральный, – а ты ископаемое Марина Романова. Ты хоть понимаешь, что ты первая, кто меня бортанул!

Он вроде уже не был столь серьёзен и даже улыбался, но мне всё равно было тревожно. Я не знала, что от него ждать в следующую минуту.

– Это плохо? – с опаской спросила я.

– Это странно, – он продолжил улыбаться. – Ну, нет, так нет. Но я всё равно предлагаю выпить шампанского и поесть фруктов. Ну не пропадать же добру. Обещаю, приставать больше не буду!

– Я не пью, – попыталась возразить я.

– Ну, в знак нашего примирения можно, – не унимался Белинский, и я ему уступила.

Потом мы пили шампанские, ели фрукты. Разговаривали на нейтральные темы, шутили, смеялись.