Египетский сон. Книга 2

– Он, наверное, ненавидит Тутмоса.

– Нет, это не так, – заверил меня Нао. – Он вернулся к фараону, поскольку всё напоминало ему о Хатшепсут. Рафет убедил не разрушать её храм в Долине, и когда фараон спросил его о причине, он ответил: «Это память!»

Я ещё раз взглянула на человека, который знал Хатшепсут лучше, чем кто-либо из нас. Рафет стоял на носу корабля, скрестив на груди сильные руки, и смотрел вдаль.

Тем временем ветер усилился, волны стали выше, а вода утратила свою прозрачность. По небу поплыли лёгкие перистые облака – предвестники бури.

– Откуда он знал про надвигающуюся грозу? – спросила я.

– Рафет многому научился в пустыне, – пожал плечами юноша. – Иногда мне кажется, что гроза начинается всякий раз, когда он вспоминает о Хатшепсут.

Максим взглянул на меня.

– Такое тоже возможно, – задумчиво проговорила я.

– Нао, – услышали мы звонкий голосок Нейлы, которая появилась на палубе так же неожиданно, как и в первый раз. – Гроза надвигается. Ты готов?

– К чему? – спросила я.

– Скоро увидите, – загадочно улыбнулся сын Траэс.

Как Нейла была похожа на мать, так Нао напоминал Мартина. Красивые большие глаза, не по-восточному мягкие черты лица и каштановые волосы, мягкими волнами ниспадающие на плечи… Похоже, ни гребцов, ни Рафета, ни кормчего его необычная для египтян внешность не удивляла. Распространялось ли влияние Ратосфена на этих людей? Давно ли Нао выходит в море? Что делает здесь Рафет? Знал ли кто-нибудь о нашем прибытии заранее? Я не могла ответить на все эти вопросы, но мой Ка был спокоен.

Взглянув на Максима, я убедилась в том, что он постепенно привыкает к мысли о том, что находится во времени, о котором написано много книг и очень мало известно.

Тем временем гроза приближалась. Вода заметно потемнела. Воздух не становился прохладнее, было душно. Наконец мы с облегчением услышали первые грозовые раскаты и, как по команде, прямо перед носом корабля поднялась большая волна.

Темет громко закричал.

Мы с Максимом не успели понять команду, но опытные гребцы смягчили удар, и я смогла удержаться на ногах, хоть мне и пришлось что было сил вцепиться в борт. Нао что-то быстро заговорил на ухо кормчему, наклонившись к его плечу. Тот кивнул, и юноша пробежал на нос. Максим заметил, что Рафет стоял, прижавшись спиной к мачте, и подставил лицо сильному порыву горячего ветра. Казалось, он хотел найти утешения в буре, стремясь забыть о Хатшепсут.