Переезд и прочие неприятности

Белые стены с черными бороздками окон. На золотистых куполах играло солнце. Было понятно, что церковь маленькая, деревенская, без помпезностей города.

– А почему при взгляде на церковь мне не плохо, не больно, я не дымлюсь или еще что-то из этой серии? – озадаченно произнесла я.

– А почему так должно быть? Ты ведь обычная славянская нежить, а не вурдалак, – усмехнулся Пашка. – У нас с людьми перемирие, они без нас не могут, а мы без них.

– В смысле? – я посмотрела на парня, ожидая подробностей.

– Мы присматриваем за лесом, полем, водоемами и домами, – почесав затылок, принялся объяснять он.

– Понятнее не стало, – протянула я, когда он замолчал.

– Например, как дом может быть без домового? Тут же начнется анархия. Животные будут справлять свои дела, где им хочется, люди будут болеть. Кто-то позавидует, и начнется в семье разлад. Поэтому мы людям нужны, – продолжил парень объяснения. – Да и как быть без карателей?

– Кого? – переспросила я.

– Расскажу потом при случае или Тятя расскажет, – отмахнулся Пашка.

– Очень нравится. А почему я не изменилась? – я посмотрела на себя. – Мы же вышли из леса.

– Мало зайти и выйти, необходимо, чтобы место приняло тебя. Когда подружишься с рекой, тогда при выходе будешь меняться, а пока сохранится прежний образ. Пошли знакомиться, – парень, поддерживая меня за руку, помог спуститься к воде. – Тятя присматривает за этой территорией, поэтому река тебя в любом случае примет.

– А что бывает с теми, кого не приняли? – спросила я, внимательно смотря под ноги, чтобы не оступиться.

– На моей практике такого не было, – подумав, произнес парень. – Но я читал, что ничего страшного не случится. Просто становится не по себе, постоянно болит голова в этом месте, хочется спать. Чувствуешь себя уныло и разбито. А что происходит на самом деле, я не знаю.

– Понятно, – протянула я, подходя к темной воде.

– Надо опустить в воду руку, – пожал плечами Пашка.

Я сделала, как он сказал, и почувствовала, что между пальцев скользит прохладная вода. Небольшой разряд тока, и я посмотрела на свое отражение. Волнистые, голубые волосы, сапфировые, с серыми льдинками глаза. Одета в зеленоватое платье с пайетками, похожими на чешуйки. Ходить в этом было легче, чем в сарафане, благодаря двум разрезам по бокам.