If you get me. Книга первая

 – Надежды, реализовывать творческий потенциал, с каждым последующим днём таят, что сделать мне, чтобы заняться писательством и литературой жизнью вообще… тем, чем я грезила до приезда в Москву?» – пронзительно из раздумий вывел звонок:

– Здравствуй племянница, Глафира сказала, что тебя можно поздравить, с Наступившим годом и переменами в жизни! – принимая поздравления по телефону, она отрывисто думала: «Вот она – унизительность моего положения, этого дна, рассказать ему, что не чем особо гордиться? Значит; радикально признаться, что я определённо с чёрт знает с кем, с каким – то там, «папочкой», однако пикантно!

Выставить себя в наиглупейшем свете? Что нахожусь с каким – то мужчиной, возымевшим извлечь реальную выгоду от квартирования с ним, провинциалки, махнувшей рукой на все глобальные планы, мечты, что говорить про амбиции?»

– Спасибо за поздравления с Новым 2016 годом, правда не могу поручиться за особенные перемены и не знаю, как долго пробуду я здесь, – «тем самым откровенно давая понять, что поздравлять её особенно не с чем», – но, в общем, и в целом всё хорошо.

Мне нравится жизнь в столице, недавно посетили одну из премьер в Моссовете[10 - Моссовете – Госуда?рственный академи?ческий теа?тр и?мени Моссове?та – драматический театр в Москве.], в Москве месяц музеев, наслаждаюсь культурной жизнью столицы.

Как раз в эту минуту, её осенило, – «куда же меня занесло, вернее, и хорошо, что все обстоятельства против замужества, а иначе такое могло бы, случиться – трах, бах… и ты замужем.

За каким мужем?» – размышляла она. Словно нажатием телефонной кнопки, она отомкнула инфо канал, изобличивший кошмар…, когда вдруг слетает с глаз пелена заблуждений, «въяве я и с каким то, выживающим из ума.

Стоять на одной точке – неоспоримо удаляться от жизни, Веге тировать, да и что можно ждать от ветхозаветного, на верном пути к поглощающему маразму, да, можно продолжать так и дальше причинять ущерб и на этом пути лишь только себе, лишая себя радостей жизни. По сути, переехав – в реальности не к нему, а на плаце, абстрактного кладбища жизни, где уместны застолья, бокалы с подниманием тоста – за здравие – в реальности – за упокой», – тут вздрогнула, заслышав голос его из прихожей.

– «Why not go to the suburbs?»

– Не понимаю, о чём ты? – отвечая с кухни Сысоеву, говорящему с ней из прихожей.

– Почему бы не отправиться в пригород? – повторил с порога Владимир, между тем, как послышалось звяканье, вынимая ключи, Сысоев показался в проёме двери.