If you get me – 12.07.20. Если ты достанешься мне

– Да, а зачем? Разве ты не мог по – другому, зачем ты мне об этих кобылках, принизить или дать мне понять, мою мало ценность, когда кругом выбор!

Подёрнув плечом, тем временем, размышляя: «Досадно, когда в один день становится ясным, что совершенно напрасно, я столько времени увлекалась мечтой, оправдывая, практически обожествляла, а в ответ что? Он только и старался принизить: Полунамёками…, глядите, вот он последний мой шанс…, ну, о чём, о каком шансе, если ничего не менялось и, словно в подтверждение мыслей, ответила:

– Так, стоит ли, вас беспокоить?

Его возмутило, – Мы стали на вы?

Она, подумав: «да, замечено, правильно понято, мы стали чужими», но вслух отвечает:

– А на днях я видела вас.

Отворачивается от него, смотрит на берег…, темнеет, в тишине опустевшего пляжа звуки волн становятся громче, слышнее крутится галька. Жара постепенно спадает и с вечерним бризом подступает прохлада. Людмила встаёт, берёт полотенце, начиная менять бельё на купальник, её ничто не смущает; у воды темно и безлюдно.

Савва приближается к ней, – позволь, я тебе помогу?

Берёт за конец полотенца и оборачивает им Людмилу, сначала прижимая ткань к ней, сооружает вокруг что – то, подобное ширме. В вечернем свете из-за туч проглядывает луна.

– Подглядываешь?

Людмила замечает его улыбку и продолжает:

– Нет, не обращаюсь на вы, просто видела на днях, тебя с твоей дочерью. Вы по дороге спускались с Марицей, я шла за вами, позади вас.

– Правда, не видел.

Людмиле не верится: «Врёт, как всегда, время людей не меняет, его скользкий стержень остался», искоса посмотрев…, продолжает:

– А, мне показалось, что ты только сделал вид, что не видишь, ведь ты при дочери скрываешь свои связи, что разве не так?

Савелий тут же, оправдывается:

– Да, нет, тебе показалось, – придвинулся вплотную к Людмиле, она пожала плечами.

– Пожалуй, я сбегаю в корпус, на ужин, если не возражаешь, я зайду за тобой.

Смотря, как удаляется силуэт Саввы, она стояла и думала: «Опять он меня «разводит», ну не верится, чтобы он изменился.

А между тем, она вернулась домой, села на кухне у большого окна с видом на море, темно, «так же, растворялся закат, – вспоминалась его ярко – красная точка, тонувшая у самого горизонта. «Стемнело, а луна, казалось, сегодня играет то, появится среди туч то, снова исчезнет».