Любовь и страсть

– А если враги его поймают, что тогда?

– Его осыпают насмешками и низводят до положения женщины; он становится рабом того, кто его пленил, на год или более – зависит от количества лошадей, которых он хотел увести, но не более трёх лет, а затем соплеменники имеют право его выкупить, – ещё более мрачно ответил юноша.

Лори повернулась к подруге и спросила по-ассветски, чтобы варвар не смог её понять:

– И как поступим? Убьём или отпустим?

– Отпускать нельзя, – так же ответила Сайя.

– Значит, смерть? – Лори положила ладонь на рукоять «айосца» и слегка вынула его.

– Зачем убивать без нужды? – Сайя положила ладонь на руку Лори и, слегка надавив, спрятала «айосец» обратно в ножны. – Есть и третий путь. Пусть побудет нашим рабом, пока мы не приедем в Нефф, а затем отпустим на все четыре стороны. Мне нравится этот мальчик – он смел и агрессивен.

– Ладно… – не очень охотно согласилась Лори.

– Юноша, ты готов дать нам клятву верности, если мы предложим тебе недолгое рабство вместо верёвки? – обратилась Сайя к варвару.

Тот взглянул на недовольное лицо Лори, посмотрел на Сайю, и кратко ответил:

– Да.

Затем опустился на колени и произнёс традиционную фразу, после которой стал собственностью двух хозяек, попросту – рабом.

Сайя освободила его от остальных пут, и юноша тут же начал разминать руки.

– Мы уже едем, – бросила Лори, направляясь к лошадям. – Он будет бежать за нами, как собачка?

– Моя лошадь спрятана неподалеку. Если хозяйка позволит, я схожу за ней.

– Ступай, только не задерживайся, – отпустила Сайя.

– Он не убежит? – спросила Лори, провожая взглядом удаляющегося юношу.

– Если убежит, то станет клятвопреступником, а это тяжкий грех. При следующей встрече ты можешь убить его без угрызений совести.

– Я могла бы это сделать и сейчас, если бы не твоя защита.

– Ох, Лори, ты такая кровожадная! – с дружеской улыбкой произнесла Сайя.

Но варвар не убежал. Он вернулся через несколько минут верхом на молодой пегой кобыле. Девушки тоже сели в сёдла, и трое всадников выехало на дорогу.

В полдень остановились на берегу мелкой лесной речушки. Их добровольно-принудительный раб, всё утро безмолвно ехавший позади, так же молча начал собирать хворост для костра.