Пустошь

– Эх, приятель… Дело, конечно, благородное, но ты подумай… Ну вот нашёл бы ты это, рассказал всем о Старом Мире, а дальше-то что?

– Странники бы объединились и…

– А ты думаешь, нам так нужно объединяться? – положил ему руку на плечо Рал. – Вот посмотри, вот есть мы вдвоём. Вот мы там сдружились более-менее, судьба нас связала, принимай как хочешь, и это здорово, да. Ну а теперь представь, что все Странники вот так вот возьмут и пойдут куда-то вместе? Так мы же все передерёмся друг с другом на следующий день.

– В долины. Расскажем всем о… – начал Кан.

– Так мы же Странники, а не вестники. Мы должны быть слегка чокнутыми и шататься туда-сюда. Свобода, понимаешь? – Рал щёлкнул пальцами. – Вот эти индейцы живут всем скопом, и погляди – у них тут повсюду, как ты сам говоришь, ложь, глупость, жестокость, бессмысленные законы и суеверия. Как думаешь, долго бы без этого протянули Странники, объединившись, а?

Кан, открыв рот, уставился на Рала.

– А вот даже если и пойдём рассказывать эту правду, – продолжал байкер, – думаешь, все так хотят её знать? По-моему, большей половине мира всё это прошлое и так к чёрту не сдалось, с чего оно им нужно?

– Но мы можем заставить их принять его!

– Вот видишь! Сейчас ты думаешь как эти индейцы.

– Может, потому, что мы лучше остальных? – сказал Кан.

Рал громко рассмеялся.

– А это ты хорошо сказанул, приятель. Надо будет запомнить.

Они оба замолчали. Рал болтал ногами в воздухе.

– А, кстати, – вдруг спохватился Рал, – я ж это, представляешь, там с моего мотоцикла эти Псы ничего и не сняли. Даже в сумке всё, как и лежало.

Рал вытащил из-за спины бурую мешковатую сумку и расстегнул пуговицу на застёжке.

– Вот, похвастаться всё хотел… – Рал выхватил из сумки что-то округлой формы и передал Кану.

Тот поводил по предмету отрешённым взглядом и собрался было отдавать его обратно, как тут его осенило.

– Так это же граната!

– Ага, – улыбнулся Рал и забрал гранату из рук Кана. – Древняя, что ой-ой-ой. Слышал, такие хорошо взрываются, – он подкинул шарик в руке.

– И зачем она тебе? – поинтересовался Кан.

– Помнишь, я говорил, что хочу умереть в гордом одиночестве? Ну вот, уверен, граната хорошо создаёт гордое одиночество в округе.

Они опять замолчали.

– Знаешь, – опять начал Рал, – твой друг… отец… Фред, да? Он бы гордился тобой. Поверь мне.