Загадочная хозяйка Ноттингема

– Робин, ты склоняешь меня нарушить заповеди нашей матери-церкви, – пытаюсь я зайти с другой стороны. Всё-таки он католик, а для них важно соблюдение заповедей.

– Ты пришла в банду к отъявленным головорезам без чести и совести, – засмеялся Робин. – Матерь-церковь давно уже прокляла нас.

Да, сложно взывать к доводам разума, когда мужчина думает тем, что южнее. Как женщина, прожившая свою жизнь в довольно свободном обществе, я могла бы и согласиться с доводами Робина. Не, ну а что такого-то? Во всяком случае мне они показались достаточно убедительными.

Мне, слава богу, шестьдесят восемь, пусть здесь я и выгляжу на двадцать лет. Только вот нужно считаться с эпохой. Отдайся я сейчас Робину, и уважения мне не видать, я стану доступной женщиной.

– Меня ещё не прокляла. Не губи мою доверчивую душу, – со слезами на глазах попросила я. – Мы делили с тобой хлеб, ели из одного котелка. Ты принял меня в братство, признав равной вам.

– Послушай, Эмма, – с таким началом ничего хорошего он не скажет.

– Что значит – попыталась? Ты знал, что я женщина? – поражённо перебила его я.

– Конечно, знал. Ты на себя посмотри. Небольшого роста, едва мне до плеча достаёшь. Нежная белая кожа лица, зелёные глазищи с длинными ресницами, маленькие аккуратные ушки, которые так и хочется потрогать. Выбивающаяся из-под капюшона рыжая прядь волос, – с удовольствием перечислял он мои достоинства.

Романтично-то как описал меня. Я невольно посмотрела на своё отражение в ручье.

– Зачем же ты предложил турнир, чтобы оставить меня? – любопытничаю я.

– Я думал, что ты проиграешь и вынуждена будешь уйти. Я даже пытался разбудить твоё милосердие и предоставил выбор: либо ты, либо брат Тук.

– Я же не знала, что ты такой проницательный, – пробурчала я себе под нос.

– Тут не в проницательности дело, – услышал он моё бурчание. – Ручки у тебя белые и нежные, а глаза смотрели на меня с такой мольбой.

– Я ещё много чего могу. Во мне масса скрытых достоинств, – проговорила я. Но поняла, что это звучит двусмысленно, и добавила:

– Робин, я не доступная девка. Я невинна и всё ещё не попрощалась с мыслью о замужестве.

– Зачем же ты тогда пришла ко мне? – наконец-то удивился Робин.

– Ты мой кумир, – хотела добавить «с детства», но вовремя остановилась. – Хотела взглянуть на тебя.