Белоугольский свет

Пожалуй,

Остёр был на язык, в работе лих ?

Его боялись, но и уважали.

Восстановили ГЭС с большим трудом,

Была нехватка леса и металла:

Из-под руин достав металлолом,

Его бригада в дело применяла.

При Фридмане трудился здесь казак,

А ныне сын на запряжённой «двойке»

Всем помогал. Хоть и старик, а как

Он тяжести возил для этой стройки!

«Езжай домой», ? Морквин его просил,

Но гнал быков он, бодро понукая:

«Я при отце погонщиком служил,

Теперь, как он, я стройке помогаю…»

* * *

Вот, наконец, настал желанный срок,

Когда для победившего народа

Турбины закрутились, дали ток

Больницам, санаториям, заводам.

Монолог агрегата

1.

? Мудрёным словечком я назван когда-то:

Электромотором, стальным агрегатом.

Рождён был в начале двадцатого века,

Я сердце стальное вручил человеку.

Работа простая, скажу я, однако:

Вращает турбину вода, ? крутит якорь…

Не просто понять, кто не знает, откуда

Рождается ток ? неприметное чудо.

А люди – волшебники, словно из сказки,

Включают рубильник, мир высветив в красках,

Мигают приборы в щитках аппаратной,

Размеренно песню поёт генератор.

Под током гудит электрический провод,

Давая нам свет –

на деревню, и в город.

По рельсам железным туда и сюда

Трамваи идут и бегут поезда.

Лишь в ночь погружается наша планета,

Дома наполняются ласковым светом.

Тепло и уют наступают повсюду,

Комфортная жизнь – к ней привыкнуть не трудно

2.

Я прошлым гордился, а нынче мне грустно:

Неужто, забвение ? это по-русски?

Гиганты воздвигнуты электростанций,

И гидро-, и тепло- мерцают, как в танце.

Нам атом энергией мирною служит.

А я же забыт – людям больше не нужен…

Я дедушка – предок иных гидростанций,

Музейной реликвией стал называться.

Я пылью покрыт, всё ветшает, ржавеет,

Приборы молчат, моё сердце слабеет.

Токарный станок у стены тихо дремлет,

Сутулясь, врастаю я медленно в землю.

Трепещет на солнце листва за окошком,

Деревья шумят за уснувшей сторожкой.

Забором от глаз я людских отгорожен,

Покой мой годами никем не тревожим…

Но верю, придут времена всё ж другие,

Вновь вспомнят о гордости прежней России.

И я, агрегат, сердце станции старой,

Услышу, что людям служил я недаром.