Между нами война

Или я могу им рассказать о своей душевной боли? – командир реагировал на её откровение всем сердцем. – Парням всегда весело. Они молодые и живут здесь и сейчас, без мыслей о завтра. Также и с моими откровениями – мы, конечно, можем поболтать по душам, но их кипящая жизнью кровь не даст раздумывать над услышанным. Пару фраз утешения – и всё отлично…

– Можешь поговорить со мной. – Таррос был более, чем серьезен. – Я всегда готов выслушать тебя. – взор опять начал выдавать себя – кашель и любовь невозможно скрыть.

– Спасибо… – ей стало стыдно за лишнюю болтовню. – Знаете, я ценю своё одиночество. Оно всегда охраняет меня, оставляя трезвой и наблюдательной. Благодаря ему у меня остается широкий кругозор – будучи в компании слепнешь, подвергаешься чужому мнению, теряешь себя.

– Это так. – Таррос вздохнул. Ему много раз пришлось делать в компании то, что было противно его душе. Но стадный инстинкт опьяняет, отключает совесть и стыд. – Но знаешь, некоторых людей, оберегаемых Богом чувство одиночества не покинет никогда… – он говорил так, будто бы знает об этом не по-наслышке.

– Когда ты один – можешь морально расти.

– Эрис… – выдержка командира была отменной. Но противостоять уму и красоте в одном женском лице за всю историю человечества не научился ни один даже самый великий полководец. Она отвернулась, подперев голову рукой. Его взгляд был полон безысходности. – Ты должна сделать то, о чем я тебя проинформировал. Иди в пункт дачи жалованья к казначею ополчения и забери своё.

– Да. – Эрис встала, так и не поев.

Она ушла, а у Тарроса совсем испортилось настроение – его душа терзалась сама, его сердце требовало ответных чувств. Это не было глупой влюбленностью или простой страстью – он жаждал человека, которым являлась многогранная, разносторонняя, гармоничная и привлекательная Эрис. Это был его идеал, который он уже давно отчаялся найти.

Эрис сделала так, как сказал Таррос.

– Вы должны кое-что знать. – проговорила она, виновато опустив взор.

Ребята навострили уши. Они готовились к худшему.

– Что случилось? – спросил строгий Никон. Почему-то в его голову пришёл Таррос. Никон подумал, что командир что-то задумал или обидел Эрис.