Неуловимый Гасги

Да и как мой ребенок будет без отца?

25 февраля. Вуди снова меня довел. Я опять сделала это. Вскрыла вены. Только в этот раз правильно. Вуди сам сказал мне, что резать вены надо не поперек, а вдоль. Видно, он очень хотел, чтобы я сделала это и его не волновало, что происходило внутри меня.

В этот раз я даже не стала закрывать двери. Залезла в горячую воду прямо в одежде.

Хлоя снова вмешалась, чтобы спасти меня. Она попыталась вызвать скорую, но я со слезами уговорила ее этого не делать, пообещала, что на следующий день отправлюсь с ней в больницу.

Когда я вышла к Вуди с перемотанными запястьями, увидела, что он вальяжно сидел в кресле, глядя тв, будто и не происходило ничего.

Как же я была наивна и легкомысленна. Какого черта я снюхалась с этим подонком? В тот момент я утвердилась в своей обреченности. Пути назад нет. Испытала лютую ненависть к нему. К нашему ребенку. Глубоко засевшая ранее обида и чувство ненужности – подтолкнули на это.

Вернувшись в ванную, я взяла палку от швабры, бросилась с нею на него.

Тогда Вуди попытался вдарить мне ею в ответ. И уже было замахнулся, нацелившись на живот, как видевший всю эту картину Райан подорвался и выбил эту несчастную палку из его рук.

Он повалил его на пол и стал избивать со словами “как же я давно хотел это сделать”. В последствии так увлекся, что превратил его лицо в сплошное месиво. Наверное, ему стало жаль меня.

Честно? Я упивалась кровью Вуди, летевшей в разные стороны из разбитого лица. В мыслях благодарила Райана.

20 марта.

Вуди удалось засудить Райана, по статье “Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью”. Итог – лишение свободы сроком на два года.

После этого Хлоя съехала от меня и перестала выходить со мной на связь.

28 марта. Узи показало, что у меня будет девочка. По возвращении из больницы я сообщила об этом Вуди. Он собрал вещи и ушел из дома. Молча.

16 июня. Я успешно закрыла сессию за второй год обучения. Многие предметы сдала экстерном. Вернулась в Атлантик-Сити, домой к маме.

В последнее время мы с ней не общались. От слова совсем. Хоть она и не переставала присылать мне деньги.

Увидев меня на пороге вместе с моим большим животом, она приложила ладонь ко лбу и не проронив ни слова, ушла в спальню. Даже не обняла. Не поцеловала.

Я услышала раздавшийся щелчок закрытой двери. Почувствовала как к моим щекам прилила кровь. Наверное от злости.

Я была смущена, и не знала, как быть дальше.

…

На этом записи дневника заканчивались.