Сталкер времени. Павел

 – То, что вы мне сейчас рассказали – это был просто сон, вы поняли меня?

– Да, я понял вас, это был сон.

– Очень хорошо, но, чтобы этот сон больше не беспокоил вас, я сотру его из вашего сознания. Когда я скажу пять, вы навсегда его забудете. Один, два, три, четыре, пять, а теперь спать.

Емельянов закрыл глаза и заснул.

Виктора опять поместили в специальную медицинскую капсулу и отправили обратно в Клинику неврозов. Работа, которую проделал с ним Лев Керн, пошла ему на пользу, и уже через два дня Емельянова выписали из клиники.

***

Доктор Керн и его ассистенты почти двадцать часов работали над визуализацией переноса образов, оставшихся в памяти охранника Емельянова. В результате был смоделирован видеоряд того, что видел Виктор в момент исчезновения Михаила Русева. Когда все было готово, Лев Керн сообщил об этом профессору Холину.

– Хорошо, Лев Дмитриевич, завтра в одиннадцать пятнадцать жду вас в своем рабочем кабинете, – ответил Холин.

В назначенное время Керн вошел в кабинет профессора, они поздоровались и расположились в удобных эргономичных креслах, обтянутых белой кожей.

– Можно начинать? – спросил Керн.

– Да, пожалуйста, – ответил профессор.

На экране появилось то, что Виктор Емельянов видел из своей будки у Воскресенских ворот. Вначале от стен замка стало исходить голубое свечение, потом, вероятно, Виктор вышел из своего «убежища», возникли панорама внутреннего восьмигранного двора Михайловского замка и восемь лучей, которые сходились в центре, там, где стоял Михаил, и, наконец, яркая вспышка, и Русев исчезает.

– Это все? – спросил профессор.

– Да, – ответил Керн и выключил голографический экран.

– Интересно, очень интересно, – задумчиво сказал Холин. – Но я пока не могу найти объяснения этим событиям. Лев Дмитриевич, а что вы сами по этому поводу думаете?

– Я не знаю, я занимаюсь тайнами человеческого мозга.

– Я понял вас, Лев Дмитриевич, спасибо.

Керн положил небольшой прямоугольник на рабочий стол профессора и вышел из кабинета. Холин несколько раз просмотрел предоставленные ему материалы, но понять природу случившего в Михайловском замке в ночь на двадцать второе июня так и не смог.