Дом там, где ты…

Когда они поднимали бокалы за знакомство, Колдобин произнес:

– Вы мне смутно кого-то напоминаете, Алексей Петрович.

Алексея спасла выдержка, он сглотнул вино, которое перед этим отпил из бокала, затем, посмотрев невинным взглядом на собеседника, улыбнулся:

– В самом деле?

– Да, определенно. Но не могу вспомнить… Мы точно не встречались с вами ранее?

– Все возможно, господин Колдобин. Я любитель попутешествовать, а вы по роду своей деятельности тоже не сидите на месте.

– Возможно, – он задумчиво смотрел на Алексея.

– Я слышал, вы знакомы с господином Сычевым, – сменил тему разговора Алексей, и тут же ему показалось, что Колдобин, услышав это имя, заскрежетал зубами.

– Да, в некоторой степени.

– Вы его недолюбливаете? – удивился Алексей.

– Мы уже много лет не общаемся. А с чем связан ваш интерес?

Алексей рассеянно повертел бокал в руке.

– Видите ли, я задержусь в Верхнеудинске на некоторое время. И мне нужно перевести довольно крупную сумму денег. В связи с этим хотелось бы знать, заслуживает ли банк господина Сычева доверия.

– С таким вопросом вам лучше обратиться к своему другу, господин Глебов, – ответил Колдобин, уставившись куда-то вперед. Затем произнес: – Прошу простить меня, но я оставлю вас.

Когда он ушел, Алексей проводил его долгим задумчивым взглядом, осознав, что допустил ошибку в разговоре: Колдобин явно недолюбливал Сычева.

Отхлебнув вина из бокала, он огляделся по сторонам и вновь увидел ту самую девушку, на некоторое время оставшуюся в одиночестве.

Увидев его, она растерялась, платочек выпал из ее рук, и она наклонилась за ним, но Алексей ее опередил и первый поднял белоснежный лоскуток ткани.

Их глаза встретились.

– Прошу простить меня за наглость, сударыня. Но вы так прекрасны, что я не удержался и, нарушая все правила хорошего тона, решил сам познакомиться с вами, – Алексей очаровательно улыбался.

Девушка растерянно уставилась на него.

– Лиза, – машинально произнесла она, а затем рассердилась: – Вы привлекли своей выходкой всеобщее внимание – на нас все смотрят!

Алексей с лукавой улыбкой осмотрел людей в зале.

– Несравненная Лиз, неужели вас должно волновать мнение других? Вас – такую прекрасную… необыкновенную… своенравную… революционерку?

Девушка покраснела от негодования.