Агнцы Божьи

 – Живая она мне нужна и здоровая.

– А для какого ляду она тебе эдакая понадобилась? – скользнув взглядом по Евдокии, буркнула богородица. – То умертвить стремился, даже живою в землю закопал, а что сейчас с тобой сталось? Или запал на неё, Андроша?

– Запал, не запал, сам понять не могу, – огрызнулся Андрон. – Раз так случилось, что живая осталась Евдоха, знать, пусть и дальше здравствует. Но теперь она всегда при мне состоять будет, ясно? Из России уходить будем, с собой её возьмём.

Продолжению разговора помешала купчиха Куёлда, которая вошла за печь и потребовала объяснений от богородицы и старца.

– Что с ней, скажите мне? – выкрикнула Василиса Павловна, прорываясь к кровати.

– Радость с ней случилась, благодать небесная на неё сошла, – переглянувшись с Агафьей, ответил Андрон. – С ней и раньше эдакое происходило. Но ты не пужайся, Василиса Павловна, голубушка… Через недельку с неё всё схлынет, а может быть, и нет.

Он развёл руками и пожал плечами, давая понять, что не он сейчас руководит разумом Евдокии, а небеса.

– Чего вы такое говорите? – округлила глаза купчиха. – А кто за неё в доме работать будет? Она же моя горничная, и я не могу без неё обходиться.

– Не могёшь, а видать, придётся, матушка, – вздохнула Агафья. – Сама видала, как Евдоху перекорёжило, а благодать небесная ежели на кого снизошла, так быстро не выходит. Святой дух, с небес сошедший, долго пребывает в теле бренном избранного им.

Куёлда недоумённо посмотрела сначала на богородицу, затем на старца.

– Не пойму, – сказала она, – вы что, так меня дурачите или что-то другое втихаря плетёте?

– Да нет, ничего мы не плетём и тебя не дурачим, голубушка Василиса Павловна, – сказал елейно Андрон. – Ты же сама нынче всё наблюдала, тогда чего же на нас грешишь? Вот очухается Евдоха через недельку, ты и заберёшь её обратно. Тогда и недоразумения наши сами собой разойдутся.

– Ждать не хотишь, барыня, так хоть сейчас забирай, – вставила своё слово Агафья. – Только намучаешься ты с ней за неделю, нагрешишься и не раз нас вспомнишь.

– О-о-ох, – вздохнула опечаленно купчиха, поверив в увещевания старца и богородицы, – а я ведь её с собой привезла, чтобы послушать, как она голоссалии поёт.

– Вот и айда, послушаем, – приобняв Куёлду за плечи, повёл её в горницу Андрон. – А там у нас новенький голубок на корабль залетел.