Агнцы Божьи

Новая власть нас покуда не донимает и никаким боком не касается.

– Вот именно, пока, – вздохнул Прокопий Силыч. – Любая власть сначала окрепнуть должна, утвердиться, а потом уж и гайки закручивать возьмётся.

– А до нас добраться власти не захотят? – осторожно поинтересовался Макар. – Царские власти не очень-то нам жить давали. Андрона вон чуток на каторгу не упекли. Чую, и до нас дело бы дошло, ежели бы революция не подсобила.

– Дошло бы, всенепременно дошло, – сказал старец спокойным, рассудительным тоном.

Выслушав его, Макар улыбнулся.

– Что ж, жить придётся с оглядкой, – сказал он. – И придётся учиться ладить с властью новой. Впрочем, нам не привыкать, мы и при царе-батюшке особливо не выпячивались.

– Да, ты прав, – согласился Прокопий Силыч, отставив бокал в сторону. – Как жили, как живём, так и жить будем. – Он посмотрел внимательно на Макара. – Ты больше ничего мне сказать не собираешься? Или надобность в том отпала за время нашего разговора?

– Нет, не отпала, но, может быть, в другой раз? – посмотрел на него с сомнением Макар.

– О многом, но не обо всём, – нахмурился старец. – Говори, что сказать собирался, а потом и закончим наш разговор.

– Да я это… – замялся Макар, – да я об Силантии Звонарёве спросить хотел. Он давеча меня на базаре встретил, об Андроне поведал, и… Помнится, я говорил вам, что Силантий просится на корабль наш.

– Это ты об инвалиде том буйном? – вспомнил Прокопий Силыч. – А зачем он нужен нам, если бесяка в нём сидит и им верховодит?

– Так и я про то, не нужен он нам, – вздохнул Макар. – Только если я передам ему слова ваши, кормчий, так ведь он мне не поверит? Обозлится злыдень и проходу мне не даст. Вы бы приняли его, Прокопий Силыч, и объяснили бы свой отказ вразумительно? Вы же могёте говорить убедительно и внушительно с такими шалопаями, как он.

Старец, выслушав его, задумался.

– А что, ты прав, пожалуй, – растягивая слова, произнес он. – Я послухаю, что он мне скажет, а потом приму решение. Наверное, я ему откажу, но… Хотя кто знает, что он мне скажет и как сам мне покажется.

Разговор продолжился. Прислужница Глафира долила в самовар воду и вынесла его на улицу.

Обсуждая загадочную личность Силантия Звонарёва, Прокопий Силыч и Макар выпили ещё по нескольку бокалов чая.